Избранные труды. Том I. Семиотика истории. Семиотика культуры

Успенский Б. А. Избранные труды. Т.I. Семиотика истории. Семиотика культуры. Изд. 2-е. — Москва: Школа "Языки Русской Культуры", 1996. С.608. ISBN 5-88766-007-4

Настоящее (второе) издание «Избранных трудов» выходит в 3-х томах в исправленном и значительно расширенном виде. Некоторые статьи публикуются впервые. Почти все статьи были переработаны для данного издания. Первый том "Семиотика истории. Семиотика культуры" открывается общей статьей, посвященной восприятию времени, и в частности, восприятию истории как действенному фактору в историческом процессе. Эти общие положения иллюстрируются в последующих работах на конкретном материале русской истории. Таковы, например, статьи о самозванцах в России, о восприятии современниками Петра I, и цикл статей, посвященных концепции Москвы как третьего Рима. Автор показывает, что восприятие истории является культурно обусловленным и что оно (это восприятие) определяет исторический процесс. Другой цикл статей специально посвящен царской власти в России. Таковы статьи "Царь и Бог", "Царь и патриарх", "Царь и самозванец". Третий цикл статей данного тома посвящен дуализму в русской культуре. Таковы статьи "Роль дуальных моделей в динамике русской культуры (до конца XVIII века)" и "Анти-поведение в культуре Древней Руси".

Содержание

Предисловие

Предисловие ко второму изданию

История и семиотика (Восприятие времени как семиотическая проблема)

Historia sub specie semioticae

Восприятие истории в Древней Руси и доктрина «Москва — третий Рим»

Отзвуки концепции «Москва — третий Рим» в идеологии Петра Первого (К проблеме средневековой традиции в культуре барокко) (в соавторстве Ю. М. Лотманом)

Царь и самозванец: самозванчество в России как культурно-исторический феномен

Царь и патриарх: харизма власти в России (Византийская модель и ее русское переосмысление)

Царь и Бог (Семиотические аспекты сакрализации монарха в России) (в соавторстве с В. М. Живовым)

Роль дуальных моделей в динамике русской культуры (до конца XVIII века) (в соавторстве с Ю. М. Лотманом)

Дуалистический характер русской средневековой культуры (на материале «Хожения за три моря» Афанасия Никитина)

Миф — имя — культура (в соавторстве с Ю. М. Лотманом)

Анти-поведение в культуре Древней Руси

Раскол и культурный конфликт XVII века

Цитируемая литература

Принятые сокращения

Библиографическая справка

Именной указатель

Оглавление

OCR
ибо все это существует, но не во времени». Итак, понятие существова­
ния в принципе не сводится к эмпирической данности.
Сходным образом в рамках исторического сознания предсказания,
основывающиеся на рациональных представлениях, могут считаться
верными и справедливыми даже и в том случае, если они не сбыва­
ются. Так, Гвиччардини писал: «Будущее настолько смутно, что да­
же когда люди решают что-нибудь, хорошо это обдумав, последствия
часто бывают обратными. Тем не менее нельзя, подобно зверю, отда­
ваться на волю судьбы, а надо, как подобает человеку, действовать
разумом; мудрый же должен быть более удовлетворен, если поступит
обдуманно, хотя бы это привело к плохим последствиям» (Гвиччар­
дини, 1926, с. 114). В обоих случаях представления о мироустройстве
признаются принципиально более важными, чем какой бы то ни было
человеческий опыт.
3 2

Ср. в этой связи оценку возможностей истории у В. В. Болотова:
«Не зная законов исторической жизни, история не может похвалить­
ся способностью предсказывать будущее. Если бы история знала свои
законы, то она могла бы восстановить недостающие сведения и о про­
шедшем путем вычислений» (Болотов, I, с. 3).
3 3

Все эти мнения нашли отражение, между прочим, в русских ере­
сях середины XVI в.: еретики отрицали учение церкви о двойственной
природе Христа — Божественной и человеческой. При этом одни счи­
тали Христа простым человеком, приобщившимся к Божеству в ре­
зультате своей праведной жизни (Феодосии Косой, Матвей Башкин),
другие, напротив, признавали лишь Божественную природу Христа
(Вассиан Патрикеев). См.: Корецкий, 1963, с. 334-360.
В начале XVII в. уставщик Троице-Сергиева монастыря Филарет
учил, что Христос «не прежде вькъ отъ Отца родися, но тогда, егда
посланъ бысть Архангелъ Гавршлъ благовьстити Пресвятьй Дьвь
Марш» (Симон Азарьин и Иван Наседка, 1855, с. 63). Учение Филарета
не имело отклика, но любопытно само стремление избавиться от со­
вмещения космологического и исторического представления о времени
(имеющего принципиальное значение для православной догматики),/
переключив евангельские события в план исторического сознания, /
3 4

Соответственно, Мейстер Экхарт начинает щюповедь, посвя­
щенную Рождеству Христову, следующими словами: «Мы справля­
ем здесь во времени праздник вечного рождения, которое Бог Отец
непрестанно совершал и совершает в вечности, и празднуем это са­
мое рождение, совершившееся во времени и в человеческой природе»
(Экхарт, 1912, с. 11). Оппозиция космологического и исторического
представлена здесь как оппозиция вечного и временного: то, что не-