Избранные труды. Том I. Семиотика истории. Семиотика культуры

Успенский Б. А. Избранные труды. Т.I. Семиотика истории. Семиотика культуры. Изд. 2-е. — Москва: Школа "Языки Русской Культуры", 1996. С.608. ISBN 5-88766-007-4

Настоящее (второе) издание «Избранных трудов» выходит в 3-х томах в исправленном и значительно расширенном виде. Некоторые статьи публикуются впервые. Почти все статьи были переработаны для данного издания. Первый том "Семиотика истории. Семиотика культуры" открывается общей статьей, посвященной восприятию времени, и в частности, восприятию истории как действенному фактору в историческом процессе. Эти общие положения иллюстрируются в последующих работах на конкретном материале русской истории. Таковы, например, статьи о самозванцах в России, о восприятии современниками Петра I, и цикл статей, посвященных концепции Москвы как третьего Рима. Автор показывает, что восприятие истории является культурно обусловленным и что оно (это восприятие) определяет исторический процесс. Другой цикл статей специально посвящен царской власти в России. Таковы статьи "Царь и Бог", "Царь и патриарх", "Царь и самозванец". Третий цикл статей данного тома посвящен дуализму в русской культуре. Таковы статьи "Роль дуальных моделей в динамике русской культуры (до конца XVIII века)" и "Анти-поведение в культуре Древней Руси".

Содержание

Предисловие

Предисловие ко второму изданию

История и семиотика (Восприятие времени как семиотическая проблема)

Historia sub specie semioticae

Восприятие истории в Древней Руси и доктрина «Москва — третий Рим»

Отзвуки концепции «Москва — третий Рим» в идеологии Петра Первого (К проблеме средневековой традиции в культуре барокко) (в соавторстве Ю. М. Лотманом)

Царь и самозванец: самозванчество в России как культурно-исторический феномен

Царь и патриарх: харизма власти в России (Византийская модель и ее русское переосмысление)

Царь и Бог (Семиотические аспекты сакрализации монарха в России) (в соавторстве с В. М. Живовым)

Роль дуальных моделей в динамике русской культуры (до конца XVIII века) (в соавторстве с Ю. М. Лотманом)

Дуалистический характер русской средневековой культуры (на материале «Хожения за три моря» Афанасия Никитина)

Миф — имя — культура (в соавторстве с Ю. М. Лотманом)

Анти-поведение в культуре Древней Руси

Раскол и культурный конфликт XVII века

Цитируемая литература

Принятые сокращения

Библиографическая справка

Именной указатель

Оглавление

OCR
кровати, откинувшись, с силой ударила его по обнаженной шее» (Фло­
ренский, 1972, с. 87). Обсуждаемый здесь пример восходит к известной
книге Мори (1878, с. 161); ср. еще к этой теме: Бергсон, 1920, с. 108-109,
112-113; Богораз, 1923, с. 83.
Отсюда Флоренский делает вывод о зеркальности, обратной ори­
ентированности пространственно-временных параметров сна и яви: ка­
ждое из пространств является, по Флоренскому, мнимым в перспек­
тиве другого, ему противостоящего. Развивая свою мысль о том, что
время в сновидении и все его конкретные образы «вывернуты через
себя», Флоренский говорит: «А это значит, что мы перешли в область
мнимого пространства. Тогда то же самое явление, которое воспри­
нимается отсюда — из области действительного пространства — как
действительное, оттуда — из области мнимого пространства — само
зрится мнимым» (Флоренский, 1972, с. 87). И в другой своей работе
Флоренский заявляет, что «на границе Земли и Неба . . . время, . . .
со стороны наблюдаемое, [становится] бесконечным» и «протекает в
обратном смысле» (Флоренский, 1922, с. 52).
8 этих рассуждениях современного мыслителя нашли отражение,
по-видимому, архетипические представления об обратности, взаимной
перевернутости связей посюстороннего и потустороннего мира: поту­
сторонний мир мыслится как мир с противоположными (переверну­
тыми) связями по отношению к миру посюстороннему, и наоборот
(см.: Успенский, 1985, с. 327-330 — наст, изд., с. 461-466). В свою
очередь, сон архетипически ассоциируется с потусторонним миром, с
иным бытием (см. ниже, § 4), и, соответственно, сновидению приписы­
вается обратная направленность времени. Вместе с тем, рассуждения
П. А. Флоренского в какой-то мере напоминают гипотетические по­
строения Н. Винера, которые мы рассматриваем ниже (§ 6).
7

8

Ср. символическое представление процессов припоминания в ан­
тичных риториках. Согласно учению об «искусстве памяти» («ars
memoria»), входившему в эти риторики, ритор мысленно обходит ме­
ста, где расположены образы прошлого, организуя тем самым эти
образы в линейную — временную — последовательность (Ейтс, 1978,
с. 17 и сл.). Восприятие прошлого (воспоминание) предстает при
этом — знаменательным образом — как его организация; при этом
пространство преобразуется во время, а образы, актуальные для на­
стоящего, позволяют восстановить прошлое.
9

Текст истории, диахронически организованный по временной
оси, следует отличать от синхронно организованного событийного тек­
ста, о котором мы говорили в начале настоящей работы (см. § 2). Тем
самым, «язык», на котором происходит коммуникация в историческом
процессе, отличается от «языка» исторического описания.