Избранные труды. Том I. Семиотика истории. Семиотика культуры

Успенский Б. А. Избранные труды. Т.I. Семиотика истории. Семиотика культуры. Изд. 2-е. — Москва: Школа "Языки Русской Культуры", 1996. С.608. ISBN 5-88766-007-4

Настоящее (второе) издание «Избранных трудов» выходит в 3-х томах в исправленном и значительно расширенном виде. Некоторые статьи публикуются впервые. Почти все статьи были переработаны для данного издания. Первый том "Семиотика истории. Семиотика культуры" открывается общей статьей, посвященной восприятию времени, и в частности, восприятию истории как действенному фактору в историческом процессе. Эти общие положения иллюстрируются в последующих работах на конкретном материале русской истории. Таковы, например, статьи о самозванцах в России, о восприятии современниками Петра I, и цикл статей, посвященных концепции Москвы как третьего Рима. Автор показывает, что восприятие истории является культурно обусловленным и что оно (это восприятие) определяет исторический процесс. Другой цикл статей специально посвящен царской власти в России. Таковы статьи "Царь и Бог", "Царь и патриарх", "Царь и самозванец". Третий цикл статей данного тома посвящен дуализму в русской культуре. Таковы статьи "Роль дуальных моделей в динамике русской культуры (до конца XVIII века)" и "Анти-поведение в культуре Древней Руси".

Содержание

Предисловие

Предисловие ко второму изданию

История и семиотика (Восприятие времени как семиотическая проблема)

Historia sub specie semioticae

Восприятие истории в Древней Руси и доктрина «Москва — третий Рим»

Отзвуки концепции «Москва — третий Рим» в идеологии Петра Первого (К проблеме средневековой традиции в культуре барокко) (в соавторстве Ю. М. Лотманом)

Царь и самозванец: самозванчество в России как культурно-исторический феномен

Царь и патриарх: харизма власти в России (Византийская модель и ее русское переосмысление)

Царь и Бог (Семиотические аспекты сакрализации монарха в России) (в соавторстве с В. М. Живовым)

Роль дуальных моделей в динамике русской культуры (до конца XVIII века) (в соавторстве с Ю. М. Лотманом)

Дуалистический характер русской средневековой культуры (на материале «Хожения за три моря» Афанасия Никитина)

Миф — имя — культура (в соавторстве с Ю. М. Лотманом)

Анти-поведение в культуре Древней Руси

Раскол и культурный конфликт XVII века

Цитируемая литература

Принятые сокращения

Библиографическая справка

Именной указатель

Оглавление

OCR
может передаваться как «the history», a «historia rerum gestarum» —
как «a history».
Различение истории в смысле «res gestae» и истории в смысле
«historia rerum gestarum» в какой-то мере соответствует различению
фабулы и сюжета, принятому в литературоведении: как известно, под
«фабулой» принято понимать последовательность событий во времени
в изображаемой действительности, а под «сюжетом» — художествен­
но организованное распределение событий (см., например: Томашевский, 1927, с. 134 и сл.).
3

Совершенно так же (но уже вторичным образом) в рамках исто­
рического сознания возможен ход мысли от будущего к настоящему
или прошлому: в самом деле, для того, чтобы события настоящего
были восприняты как исторические, их надо увидеть в перспективе
реконструируемого будущего. В любом случае направление истори­
ческой мысли — ретроспективно, оно противоположно естественному
ходу событий.
4

С р . : « . . .должно иметь силу и простейшее определение истории
как повествования о замечательных событиях, замечательных уже
тем, что люди их заметили» (Болотов, I, с. 8).
5

Ср.: «Выработка понятия причинности применительно к истории
и соединение его с идеей движения во времени более всего способство­
вали становлению истории как научной дисциплины и историзма как
мировоззренческой конструкции. И в этом исключительны заслуги
Фукидида...» (Топоров, 1980, с. 573; ср. также: Топоров, 1973, с. 142).
6

Ср.: «Если, например, в сновидении, облетевшем все учебники
психологии, спящий пережил чуть ли не год или более французской
революции, присутствовал при самом ее зарождении и, кажется, уча­
ствовал в ней, а затем, после долгих и сложных приключений, с пре­
следованиями и погонями, террора, казни короля и т. д. был нако­
нец вместе с жирондистами схвачен, брошен в тюрьму, допрашиваем,
предстоял революционному трибуналу, был им осужден и приговорен
к смертной казни, затем привезен на телеге к месту казни, возведен
на эшафот, голова его была уложена на плаху, и холодное острие ги­
льотины уже ударило его по шее, причем он в ужасе проснулся, —
то неужели придет на мысль усмотреть в последнем событии — при­
косновении ножа гильотины к шее — нечто отдельное от всех прочих
событий? и неужели все развитие действия — от самой весны револю­
ции и включительно до возведения видевшего этот сон на эшафот —
не устремляется сплошным потоком событий именно к этому завер­
шительному холодному прикосновению к шее..? — . . . А между тем,
видевший все описываемое проснулся от того, что спинка железной