Избранные труды. Том I. Семиотика истории. Семиотика культуры

Успенский Б. А. Избранные труды. Т.I. Семиотика истории. Семиотика культуры. Изд. 2-е. — Москва: Школа "Языки Русской Культуры", 1996. С.608. ISBN 5-88766-007-4

Настоящее (второе) издание «Избранных трудов» выходит в 3-х томах в исправленном и значительно расширенном виде. Некоторые статьи публикуются впервые. Почти все статьи были переработаны для данного издания. Первый том "Семиотика истории. Семиотика культуры" открывается общей статьей, посвященной восприятию времени, и в частности, восприятию истории как действенному фактору в историческом процессе. Эти общие положения иллюстрируются в последующих работах на конкретном материале русской истории. Таковы, например, статьи о самозванцах в России, о восприятии современниками Петра I, и цикл статей, посвященных концепции Москвы как третьего Рима. Автор показывает, что восприятие истории является культурно обусловленным и что оно (это восприятие) определяет исторический процесс. Другой цикл статей специально посвящен царской власти в России. Таковы статьи "Царь и Бог", "Царь и патриарх", "Царь и самозванец". Третий цикл статей данного тома посвящен дуализму в русской культуре. Таковы статьи "Роль дуальных моделей в динамике русской культуры (до конца XVIII века)" и "Анти-поведение в культуре Древней Руси".

Содержание

Предисловие

Предисловие ко второму изданию

История и семиотика (Восприятие времени как семиотическая проблема)

Historia sub specie semioticae

Восприятие истории в Древней Руси и доктрина «Москва — третий Рим»

Отзвуки концепции «Москва — третий Рим» в идеологии Петра Первого (К проблеме средневековой традиции в культуре барокко) (в соавторстве Ю. М. Лотманом)

Царь и самозванец: самозванчество в России как культурно-исторический феномен

Царь и патриарх: харизма власти в России (Византийская модель и ее русское переосмысление)

Царь и Бог (Семиотические аспекты сакрализации монарха в России) (в соавторстве с В. М. Живовым)

Роль дуальных моделей в динамике русской культуры (до конца XVIII века) (в соавторстве с Ю. М. Лотманом)

Дуалистический характер русской средневековой культуры (на материале «Хожения за три моря» Афанасия Никитина)

Миф — имя — культура (в соавторстве с Ю. М. Лотманом)

Анти-поведение в культуре Древней Руси

Раскол и культурный конфликт XVII века

Цитируемая литература

Принятые сокращения

Библиографическая справка

Именной указатель

Оглавление

OCR
головного убора одежду, д л я этого не предназначенную, см.: Ле­
бедева, 1929, с. 22, 28; ср.: Смирнов, 1909, с. 222), т. е. траурная
одежда, как и похоронная противопоставляется по способу но­
шения нормальной: это противопоставление в одном случае со­
ответствует противопоставлению лицевой и обратной стороны,
в другом — противопоставлению верха и низа и т. п. Отметим
т а к ж е запрет прикасаться к мертвецу правой рукой (Велецкая,
1968, с. 204), который может быть понят в связи с тем, что пра­
вая сторона в нашем мире соответствует левой стороне в мире
загробном, и наоборот; так же и в древнем Риме считали, что
«nihil dextrum mortuis convenit». He менее характерно движение
против солнца на поминках и в погребальном хороводе (который
у ю ж н ы х славян носит название «мртвачко коло» или «коло наопако», см.: Зечевич, 1963, с. 195, 200; Зечевич, 1966, с. 380-381;
Велецкая, 1968, с. 206; Толстые, 1974, с. 43) — при том, что нор­
мальным при движении по кругу или при вращении признается
направление «посолонь», т. е. слева направо, по часовой стрел­
ке; соответствующая оппозиция может рассматриваться вообще
как частная реализация противопоставления правого и левого.
В других случаях та же перевернутость проявлялась в перево­
рачивании предметов, принятом в похоронных и поминальных
обрядах (см.: Добровольский, II, с. 315), в специальных спосо­
бах изготовления похоронной одежды и других вещей, предна­
значенных д л я покойника (так, одежду д л я покойника шили
иглой не к себе, как обычно, а от себя, и притом иногда ле­
вой рукой; таким же образом, т. е. не к себе, а от себя, стро­
гали и гроб). Восточнославянские погребальные ритуалы могут
предполагать, далее, подчеркнуто плохую работу, в частности
одежду, сшитую на живую нитку и вообще нарочито небрежно,
недоплетенные лапти, незавязанный ворот, недопеченный хлеб
на поминках, плохо обструганный гроб, иногда д а ж е разорван­
ную рубаху на покойнике (см.: Зеленин, I, с. 217, 277, 293, 312;
Зеленин, III, с. 1116, 1252; Зеленин, 1927, с. 321-322; Ефименко,
I, с. 135; Иваницкий, 1890, с. 115; Смирнов, 1920, с. 29; Кол­
линз, 1846, с. 21). Точно так же, например, телеуты (алтайские
тюрки), хороня вместе с покойником вещи, необходимые ему в