Избранные труды. Том I. Семиотика истории. Семиотика культуры

Успенский Б. А. Избранные труды. Т.I. Семиотика истории. Семиотика культуры. Изд. 2-е. — Москва: Школа "Языки Русской Культуры", 1996. С.608. ISBN 5-88766-007-4

Настоящее (второе) издание «Избранных трудов» выходит в 3-х томах в исправленном и значительно расширенном виде. Некоторые статьи публикуются впервые. Почти все статьи были переработаны для данного издания. Первый том "Семиотика истории. Семиотика культуры" открывается общей статьей, посвященной восприятию времени, и в частности, восприятию истории как действенному фактору в историческом процессе. Эти общие положения иллюстрируются в последующих работах на конкретном материале русской истории. Таковы, например, статьи о самозванцах в России, о восприятии современниками Петра I, и цикл статей, посвященных концепции Москвы как третьего Рима. Автор показывает, что восприятие истории является культурно обусловленным и что оно (это восприятие) определяет исторический процесс. Другой цикл статей специально посвящен царской власти в России. Таковы статьи "Царь и Бог", "Царь и патриарх", "Царь и самозванец". Третий цикл статей данного тома посвящен дуализму в русской культуре. Таковы статьи "Роль дуальных моделей в динамике русской культуры (до конца XVIII века)" и "Анти-поведение в культуре Древней Руси".

Содержание

Предисловие

Предисловие ко второму изданию

История и семиотика (Восприятие времени как семиотическая проблема)

Historia sub specie semioticae

Восприятие истории в Древней Руси и доктрина «Москва — третий Рим»

Отзвуки концепции «Москва — третий Рим» в идеологии Петра Первого (К проблеме средневековой традиции в культуре барокко) (в соавторстве Ю. М. Лотманом)

Царь и самозванец: самозванчество в России как культурно-исторический феномен

Царь и патриарх: харизма власти в России (Византийская модель и ее русское переосмысление)

Царь и Бог (Семиотические аспекты сакрализации монарха в России) (в соавторстве с В. М. Живовым)

Роль дуальных моделей в динамике русской культуры (до конца XVIII века) (в соавторстве с Ю. М. Лотманом)

Дуалистический характер русской средневековой культуры (на материале «Хожения за три моря» Афанасия Никитина)

Миф — имя — культура (в соавторстве с Ю. М. Лотманом)

Анти-поведение в культуре Древней Руси

Раскол и культурный конфликт XVII века

Цитируемая литература

Принятые сокращения

Библиографическая справка

Именной указатель

Оглавление

OCR
Страх умереть на чужбине, столь характерный для русских пред­
ставлений, может быть вообще неизвестен другим народам.
1 4

Тем большее впечатление должно было вызвать путешествие за
границу самого Петра. По свидетельству того же Крекшина, патриарх
на коленях умолял царя не губить себя и ограничиться рассмотрением
географических карт; Петр будто бы отвечал в том смысле, что и до­
ма можно погибнуть и в посольстве спастись (см.: Плюханова, 1981,
с. 23). Путешествие царя за границу было совершенно беспрецедент­
ным явлением, и не случайно по его возвращении стали ходить слухи
о том, что царя за границей подменили (см.: Чистов, 1967, с. 91-112;
Голикова, 1957, с. 122-161,168-176,179-219, 266-275; Успенский, 1982а,
с. 217 — наст, изд., с. 165).
1 5

В данном случае противопоставление «чистого» и «нечистого»
пространства совпадает с противопоставлением «своего» и «чужого»
(ср. выше, примеч. 10).
16

С м . , например, описание похорон Ф.И.Шаляпина: «Под пение
двух хоров гроб опускают в могилу, куда вдова и дети Шаляпина . . .
бросают пригоршни сохраненной в семье псковской земли. За ними
подходят чередой десятки никому не известных русских людей, бро­
сающих в раскрытую могилу из маленьких мешочков священную для
них русскую землю» (Гуляницкая, 1977, с. 526). Ср., вместе с тем,
полемический отклик на эту традицию в стихотворении Ахматовой
«Родная земля»:
В заветных ладанках не носим на груди,
О ней стихи навзрыд не сочиняем,
Наш горький сон она не бередит,
Не кажется обетованным раем,
Не делаем ее в душе своей
Предметом купли и продажи,
Хворая, бедствуя, немотствуя на ней,
О ней не вспоминаем даже.
Да, для нас это грязь на калошах,
Да, для нас это хруст на зубах.
И мы мелем, и месим, и крошим
Тот ни в чем не замешанный прах.
Но ложимся в нее и становимся ею,
Оттого и зовем так свободно — своею.
1 7

Поэтому захоронение могло совершаться — у самых разных на­
родов — в ладье (см.: Дэвидсон, 1975). Не менее характерна в этой
связи символика моста: представление о мосте, по которому должна
переправиться на тот свет душа усопшего, широко представлено, в