Избранные труды. Том I. Семиотика истории. Семиотика культуры

Успенский Б. А. Избранные труды. Т.I. Семиотика истории. Семиотика культуры. Изд. 2-е. — Москва: Школа "Языки Русской Культуры", 1996. С.608. ISBN 5-88766-007-4

Настоящее (второе) издание «Избранных трудов» выходит в 3-х томах в исправленном и значительно расширенном виде. Некоторые статьи публикуются впервые. Почти все статьи были переработаны для данного издания. Первый том "Семиотика истории. Семиотика культуры" открывается общей статьей, посвященной восприятию времени, и в частности, восприятию истории как действенному фактору в историческом процессе. Эти общие положения иллюстрируются в последующих работах на конкретном материале русской истории. Таковы, например, статьи о самозванцах в России, о восприятии современниками Петра I, и цикл статей, посвященных концепции Москвы как третьего Рима. Автор показывает, что восприятие истории является культурно обусловленным и что оно (это восприятие) определяет исторический процесс. Другой цикл статей специально посвящен царской власти в России. Таковы статьи "Царь и Бог", "Царь и патриарх", "Царь и самозванец". Третий цикл статей данного тома посвящен дуализму в русской культуре. Таковы статьи "Роль дуальных моделей в динамике русской культуры (до конца XVIII века)" и "Анти-поведение в культуре Древней Руси".

Содержание

Предисловие

Предисловие ко второму изданию

История и семиотика (Восприятие времени как семиотическая проблема)

Historia sub specie semioticae

Восприятие истории в Древней Руси и доктрина «Москва — третий Рим»

Отзвуки концепции «Москва — третий Рим» в идеологии Петра Первого (К проблеме средневековой традиции в культуре барокко) (в соавторстве Ю. М. Лотманом)

Царь и самозванец: самозванчество в России как культурно-исторический феномен

Царь и патриарх: харизма власти в России (Византийская модель и ее русское переосмысление)

Царь и Бог (Семиотические аспекты сакрализации монарха в России) (в соавторстве с В. М. Живовым)

Роль дуальных моделей в динамике русской культуры (до конца XVIII века) (в соавторстве с Ю. М. Лотманом)

Дуалистический характер русской средневековой культуры (на материале «Хожения за три моря» Афанасия Никитина)

Миф — имя — культура (в соавторстве с Ю. М. Лотманом)

Анти-поведение в культуре Древней Руси

Раскол и культурный конфликт XVII века

Цитируемая литература

Принятые сокращения

Библиографическая справка

Именной указатель

Оглавление

OCR
Вместе с тем, заключительная молитва, композиционно за­
вершающая «Хожение за три моря», представляет собой обыч­
ную мусульманскую молитву (обращенную к Аллаху), но в на­
чале ее, рядом с призыванием Аллаха — отождествляемого с
Богом-Отцом — Афанасий Никитин вставил обращение к Хри­
сту и Святому Духу: «Иса рухолло, ааликсоломъ» («Иисус, дух
Божий, мир тебе», ср. арабск.: «'isa ruhu'llah, 'alaika salam»)
(Т392об., Э458об.) . Иначе говоря, Афанасий Никитин в дан­
ном случае молитвенно обращается к Троице, но, в ы р а ж а я это
обращение по-арабски, он исходит из мусульманской молитвен­
ной формы как некоего органического целого, по отношению к
которому и производятся необходимые дополнения.
61

Отождествление Бога Саваофа и Аллаха вполне естественно
д л я Афанасия Никитина, который вообще воспринимает чужие
религии через призму своих религиозных представлений: он по­
стоянно ищет — и находит — соответствия такого рода; понят­
но, что соответствия Христу при этом не находится. Так, напри­
мер, говоря об индуистской святыне в городе Парват, Афанасий
Никитин сравнивает ее как с Меккой, так и с И е р у с а л и м о м ;
описывая верования индуистов, Афанасий Никитин находит у
них культ А д а м а и т. п. Аналогично может описываться и
конфессиональное поведение, ср., например, описание индуист­
ских поклонов, которые сопоставляются как с мусульманским
намазом, так и с земными поклонами, принятыми в русском
богослужении ; достаточно характерно и календарное соотне­
сение христианских праздников с мусульманскими ; о соотне­
сении Великого поста с «рамаданом» мы скажем ниже (§ П-3).
Соответственно, Афанасий Никитин может соотносить мусуль­
манские молитвы с русскими. Так, описывая путешествие по
морю, он приводит молитву своих спутников и тут же дает со­
ответствующую русскую м о л и т в у ; при этом русская молит­
ва не является абсолютно точным, т. е. дословным, переводом
мусульманской , но, скорее, ее функциональным коррелятом,
т. е. предполагается, что так мог бы выразить свои чувства в
соответствующей ситуации русский человек. Именно ввиду со62

63

64

65

66

67