Избранные труды. Том I. Семиотика истории. Семиотика культуры

Успенский Б. А. Избранные труды. Т.I. Семиотика истории. Семиотика культуры. Изд. 2-е. — Москва: Школа "Языки Русской Культуры", 1996. С.608. ISBN 5-88766-007-4

Настоящее (второе) издание «Избранных трудов» выходит в 3-х томах в исправленном и значительно расширенном виде. Некоторые статьи публикуются впервые. Почти все статьи были переработаны для данного издания. Первый том "Семиотика истории. Семиотика культуры" открывается общей статьей, посвященной восприятию времени, и в частности, восприятию истории как действенному фактору в историческом процессе. Эти общие положения иллюстрируются в последующих работах на конкретном материале русской истории. Таковы, например, статьи о самозванцах в России, о восприятии современниками Петра I, и цикл статей, посвященных концепции Москвы как третьего Рима. Автор показывает, что восприятие истории является культурно обусловленным и что оно (это восприятие) определяет исторический процесс. Другой цикл статей специально посвящен царской власти в России. Таковы статьи "Царь и Бог", "Царь и патриарх", "Царь и самозванец". Третий цикл статей данного тома посвящен дуализму в русской культуре. Таковы статьи "Роль дуальных моделей в динамике русской культуры (до конца XVIII века)" и "Анти-поведение в культуре Древней Руси".

Содержание

Предисловие

Предисловие ко второму изданию

История и семиотика (Восприятие времени как семиотическая проблема)

Historia sub specie semioticae

Восприятие истории в Древней Руси и доктрина «Москва — третий Рим»

Отзвуки концепции «Москва — третий Рим» в идеологии Петра Первого (К проблеме средневековой традиции в культуре барокко) (в соавторстве Ю. М. Лотманом)

Царь и самозванец: самозванчество в России как культурно-исторический феномен

Царь и патриарх: харизма власти в России (Византийская модель и ее русское переосмысление)

Царь и Бог (Семиотические аспекты сакрализации монарха в России) (в соавторстве с В. М. Живовым)

Роль дуальных моделей в динамике русской культуры (до конца XVIII века) (в соавторстве с Ю. М. Лотманом)

Дуалистический характер русской средневековой культуры (на материале «Хожения за три моря» Афанасия Никитина)

Миф — имя — культура (в соавторстве с Ю. М. Лотманом)

Анти-поведение в культуре Древней Руси

Раскол и культурный конфликт XVII века

Цитируемая литература

Принятые сокращения

Библиографическая справка

Именной указатель

Оглавление

OCR
быти святыне, и победити бусурманскаго царя Кучюма, и р а з о
рити богомерзская и нечестивая их капища и костелы. . . И от
казаков поставишася грады и святыя б о ж и я церкви воздвигошася и благочестие просияша. Отпаде вся бесовская с л у ж б а и
костелы, и требища идольская вся разорися и сокрушися и боговидение в с а д и с я . . . » ( П С Р Л , XXXVI, 1, 1987, с. 1 2 0 ) . Итак,
если раньше на месте «костелов» возникали церкви, то теперь
с точки зрения старообрядцев на Руси совершается обратное —
церкви становятся «костелами»!
Характерным образом подобные представления обусловли­
вают специальные поиски праведных земель, которые в целом
ряде случаев приводили к массовой миграции старообрядческо­
го населения (ср. поиски «Беловодского царства», о котором мы
у ж е упоминали выше, а т а к ж е «Опоньского царства» и т. п . ) .
Такого рода миграция, как мы у ж е знаем, могла наблюдаться
и ранее, однако в данном случае она приобретает массовый ха­
рактер.
Равным образом такого рода представления приводят к
столь характерному явлению как странничество, т. е. к посто­
янной перемене места. Старообрядческое согласие бегунов или
странников, возникшее в сер. XVIII в., весь мир разделяет на д в а
царства — Божие и сатанино, которые разграничиваются как в
нравственном, так и пространственном отношении (см. об этом
согласии, в частности: Смирнов, 1898, с. 1 0 0 - 1 0 1 ) . К а к и дру­
гие старообрядцы, о которых ш л а речь выше, странники исходят
из того, что они живут на грешной, нечистой земле; подобно Ав­
вакуму, который з а я в л я л , что у нас «дома Вавилон» (см. выше,
§ 1-1), странники полагают, что они живут в В а в и л о н е . Вместе
с тем, в отличие от тех старообрядцев, которые направлялись в
Беловодье, странники не знают, где находятся праведные земли;
именно поэтому они постоянно перемещаются с места на место.
К а к видим, и в данном случае пространство оценивается в
нравственных категориях, т. е. дифференциация чистого и не­
чистого пространства оказывается исходным пунктом. Граница
между чистым и нечистым пространством, вообще говоря, мо46

4 7

48

49