Избранные труды. Том I. Семиотика истории. Семиотика культуры

Успенский Б. А. Избранные труды. Т.I. Семиотика истории. Семиотика культуры. Изд. 2-е. — Москва: Школа "Языки Русской Культуры", 1996. С.608. ISBN 5-88766-007-4

Настоящее (второе) издание «Избранных трудов» выходит в 3-х томах в исправленном и значительно расширенном виде. Некоторые статьи публикуются впервые. Почти все статьи были переработаны для данного издания. Первый том "Семиотика истории. Семиотика культуры" открывается общей статьей, посвященной восприятию времени, и в частности, восприятию истории как действенному фактору в историческом процессе. Эти общие положения иллюстрируются в последующих работах на конкретном материале русской истории. Таковы, например, статьи о самозванцах в России, о восприятии современниками Петра I, и цикл статей, посвященных концепции Москвы как третьего Рима. Автор показывает, что восприятие истории является культурно обусловленным и что оно (это восприятие) определяет исторический процесс. Другой цикл статей специально посвящен царской власти в России. Таковы статьи "Царь и Бог", "Царь и патриарх", "Царь и самозванец". Третий цикл статей данного тома посвящен дуализму в русской культуре. Таковы статьи "Роль дуальных моделей в динамике русской культуры (до конца XVIII века)" и "Анти-поведение в культуре Древней Руси".

Содержание

Предисловие

Предисловие ко второму изданию

История и семиотика (Восприятие времени как семиотическая проблема)

Historia sub specie semioticae

Восприятие истории в Древней Руси и доктрина «Москва — третий Рим»

Отзвуки концепции «Москва — третий Рим» в идеологии Петра Первого (К проблеме средневековой традиции в культуре барокко) (в соавторстве Ю. М. Лотманом)

Царь и самозванец: самозванчество в России как культурно-исторический феномен

Царь и патриарх: харизма власти в России (Византийская модель и ее русское переосмысление)

Царь и Бог (Семиотические аспекты сакрализации монарха в России) (в соавторстве с В. М. Живовым)

Роль дуальных моделей в динамике русской культуры (до конца XVIII века) (в соавторстве с Ю. М. Лотманом)

Дуалистический характер русской средневековой культуры (на материале «Хожения за три моря» Афанасия Никитина)

Миф — имя — культура (в соавторстве с Ю. М. Лотманом)

Анти-поведение в культуре Древней Руси

Раскол и культурный конфликт XVII века

Цитируемая литература

Принятые сокращения

Библиографическая справка

Именной указатель

Оглавление

OCR
рахманех и о предивнем их житии» инока Ефросина (XV): «И
в том убо острове по неизреченному Б о ж и ю строению всякы
овощь на вся времена никогда же оскудеваеть, зане бо ту ово
цвететь, ово ж растеть и ово обымають [собирают]» (Алексан­
дрия, 1965, с. 143) ; это описание отвечает представлению о неиссякающем изобилии и вечном плодородии потустороннего мира
(см.: Успенский, 1982, с. 66, ср. с. 60 и сл., с. 105, примеч. 146; во­
обще о «Рахманском царстве» как обозначении потустороннего
мира см. там же, с. 145, 160) .
6

7

Подобные представления могут обусловливать поиски пра­
ведных замель, которые приобретают иногда массовый харак­
тер. Т а к , в 1648 г. сибирские крестьяне решили спускаться вниз
по Оби, заявив, что они «поедут к Со[л]нцевой матери», т. е. в
рай (см.: Чистякова, 1973', с. 77; Покровский, 1989, с. 46). «Солн­
цева мать» выступает в русских поверьях как вещая пряха, ко­
торая на золотой прялке прядет золотую кудель; она обитает
там, куда скрывается на ночь солнце, т. е. в потустороннем ми­
ре (см.: Афанасьев, I, с. 111, 177, 180; Афанасьев, II, с. 40-41;
Афанасьев, III, с. 390), ср. в этой связи поговорку: «Дожидайся
Солнцевой матери, Божьего суда!» (Буслаев, I, с. 128) . Суще­
ственно, что речь идет в данном случае о сибирских крестьянах,
т. е. в сущности о казаках, которые живут на периферийной,
пограничной территории — на земле, которая может восприни­
маться как н е ч и с т а я .
Можно предположить вообще, что в противопоставлении
праведных и грешных земель о т р а ж а ю т с я представления о рае и
аде: понятия рая и ада как бы проецируются на географическое
пространство, и, соответственно, эти понятия л е ж а т в основе
представлений о святости и грешности места. Существенно при
этом, что в православном мировоззрении отсутствует понятие
чистилища, столь важное д л я западной, католической культу­
ры. Н а Западе земля, на которой мы живем, может уподоблять­
ся не только — и не столько — аду или раю, сколько чистилищу;
подобно чистилищу, земля представляет собой место, где люди
мучаются, но где при желании можно очиститься, чтобы по­
пасть в рай. Между тем, на Востоке мы имеем не тройное, но
8

9