Избранные труды. Том I. Семиотика истории. Семиотика культуры

Успенский Б. А. Избранные труды. Т.I. Семиотика истории. Семиотика культуры. Изд. 2-е. — Москва: Школа "Языки Русской Культуры", 1996. С.608. ISBN 5-88766-007-4

Настоящее (второе) издание «Избранных трудов» выходит в 3-х томах в исправленном и значительно расширенном виде. Некоторые статьи публикуются впервые. Почти все статьи были переработаны для данного издания. Первый том "Семиотика истории. Семиотика культуры" открывается общей статьей, посвященной восприятию времени, и в частности, восприятию истории как действенному фактору в историческом процессе. Эти общие положения иллюстрируются в последующих работах на конкретном материале русской истории. Таковы, например, статьи о самозванцах в России, о восприятии современниками Петра I, и цикл статей, посвященных концепции Москвы как третьего Рима. Автор показывает, что восприятие истории является культурно обусловленным и что оно (это восприятие) определяет исторический процесс. Другой цикл статей специально посвящен царской власти в России. Таковы статьи "Царь и Бог", "Царь и патриарх", "Царь и самозванец". Третий цикл статей данного тома посвящен дуализму в русской культуре. Таковы статьи "Роль дуальных моделей в динамике русской культуры (до конца XVIII века)" и "Анти-поведение в культуре Древней Руси".

Содержание

Предисловие

Предисловие ко второму изданию

История и семиотика (Восприятие времени как семиотическая проблема)

Historia sub specie semioticae

Восприятие истории в Древней Руси и доктрина «Москва — третий Рим»

Отзвуки концепции «Москва — третий Рим» в идеологии Петра Первого (К проблеме средневековой традиции в культуре барокко) (в соавторстве Ю. М. Лотманом)

Царь и самозванец: самозванчество в России как культурно-исторический феномен

Царь и патриарх: харизма власти в России (Византийская модель и ее русское переосмысление)

Царь и Бог (Семиотические аспекты сакрализации монарха в России) (в соавторстве с В. М. Живовым)

Роль дуальных моделей в динамике русской культуры (до конца XVIII века) (в соавторстве с Ю. М. Лотманом)

Дуалистический характер русской средневековой культуры (на материале «Хожения за три моря» Афанасия Никитина)

Миф — имя — культура (в соавторстве с Ю. М. Лотманом)

Анти-поведение в культуре Древней Руси

Раскол и культурный конфликт XVII века

Цитируемая литература

Принятые сокращения

Библиографическая справка

Именной указатель

Оглавление

OCR
19

гнание беса из его собственного п р е д е л а . Однако существенно,
что в обоих случаях место воспринималось как небезразличное к
оппозиции «святое — нечистое» и противостояло нейтральным
территориям. Возможность мены членов этой оппозиции под­
тверждалась превращением святого в нечистое: известно, что
брошенные церкви — излюбленное местопребывание нечистой
силы (ср. «Вий» Гоголя).
Д л я судеб языческих капищ в христианском мире интерес­
ными примерами я в л я ю т с я постройки типа бани, овина или куз­
ницы. Есть основания полагать, что переживание этих мест как
«нечистых» связано с их особенной сакральной отмеченностью
в дохристианском быту восточных славян, т. е. с их специальной
ролью родовых (домашних) храмов. Иными словами, языческие
капища продолжали сохранять свою культовую функцию и в
христианский период — хотя и с отрицательным знаком. По­
казательно, в частности, устойчивое представление о том, что
власть в бане принадлежит не крестной, а нечистой силе (в хри­
стианском сознании это осмысляется таким образом, что крест­
ная сила как бы отвращается от этого места, как и от других
«нечистых» мест: действенность нечистой силы связывается во­
обще с Б о ж ь и м попущением). Соответственно, те колдуны, ко­
торые никогда не посещают церкви, в праздники, когда народ
идет в церковь, уходят в б а н ю , точно так же баня высту­
пает как традиционное место гадания, волхования, магического
врачевания и, конечно, произнесения заговоров; культовая роль
бани достаточно отчетливо выступает и в свадебном обряде, где
банные ритуалы по существу не менее обязательны, чем церков­
ное венчание: одно дополняет другое. Вполне естественно, ввиду
всего сказанного, что в русском фольклоре к бане м о ж е т при­
меняться название божена, означающее, собственно, « х р а м » .
Не менее характерно и распространенное представление о том,
что в баню цриходят м о л и т ь с я нечистой силе (по существу,
произносимые в бане заговоры и могут рассматриваться как сво­
его рода молитвы), как это выражено, например, в следующей
белорусской песне:
2 0

21