Избранные труды. Том I. Семиотика истории. Семиотика культуры

Успенский Б. А. Избранные труды. Т.I. Семиотика истории. Семиотика культуры. Изд. 2-е. — Москва: Школа "Языки Русской Культуры", 1996. С.608. ISBN 5-88766-007-4

Настоящее (второе) издание «Избранных трудов» выходит в 3-х томах в исправленном и значительно расширенном виде. Некоторые статьи публикуются впервые. Почти все статьи были переработаны для данного издания. Первый том "Семиотика истории. Семиотика культуры" открывается общей статьей, посвященной восприятию времени, и в частности, восприятию истории как действенному фактору в историческом процессе. Эти общие положения иллюстрируются в последующих работах на конкретном материале русской истории. Таковы, например, статьи о самозванцах в России, о восприятии современниками Петра I, и цикл статей, посвященных концепции Москвы как третьего Рима. Автор показывает, что восприятие истории является культурно обусловленным и что оно (это восприятие) определяет исторический процесс. Другой цикл статей специально посвящен царской власти в России. Таковы статьи "Царь и Бог", "Царь и патриарх", "Царь и самозванец". Третий цикл статей данного тома посвящен дуализму в русской культуре. Таковы статьи "Роль дуальных моделей в динамике русской культуры (до конца XVIII века)" и "Анти-поведение в культуре Древней Руси".

Содержание

Предисловие

Предисловие ко второму изданию

История и семиотика (Восприятие времени как семиотическая проблема)

Historia sub specie semioticae

Восприятие истории в Древней Руси и доктрина «Москва — третий Рим»

Отзвуки концепции «Москва — третий Рим» в идеологии Петра Первого (К проблеме средневековой традиции в культуре барокко) (в соавторстве Ю. М. Лотманом)

Царь и самозванец: самозванчество в России как культурно-исторический феномен

Царь и патриарх: харизма власти в России (Византийская модель и ее русское переосмысление)

Царь и Бог (Семиотические аспекты сакрализации монарха в России) (в соавторстве с В. М. Живовым)

Роль дуальных моделей в динамике русской культуры (до конца XVIII века) (в соавторстве с Ю. М. Лотманом)

Дуалистический характер русской средневековой культуры (на материале «Хожения за три моря» Афанасия Никитина)

Миф — имя — культура (в соавторстве с Ю. М. Лотманом)

Анти-поведение в культуре Древней Руси

Раскол и культурный конфликт XVII века

Цитируемая литература

Принятые сокращения

Библиографическая справка

Именной указатель

Оглавление

OCR
ское общество. Эта идеология остается лишь одним из направлений
религиозно-политической мысли. Особенно ярко она проявляется в
царствование Ивана Грозного, но соединяется здесь с целым рядом
индивидуальных моментов и приводит к расколу русского общества,
со всей определенностью выразившемуся в Смутное время. Понятно,
что эта последняя эпоха вообще не благоприятствует развитию теокра­
тических воззрений, и показательно, что в конце ее побеждает идея
выборного царя; ср. ограничительные условия для выбора в русские
цари польского королевича Владислава, сформулированные русскими
послами в 1610 г.
После Собора 1666/67 г. судебные функции были отобраны у
Монастырского приказа и возвращены духовным властям; это было,
видимо, платой царя за согласие духовенства низложить патриарха
Никона. После смерти Алексея Михайловича, 19 декабря 1677 г., Мо­
настырский приказ был закрыт; следует думать, что молодой царь
(Федор Алексеевич) действовал здесь под давлением духовенства. 24
января 1701 г. после смерти патриарха Адриана Петр I вновь учре­
ждает Монастырский приказ, и это было одной из первых вех в его
борьбе с независимостью церковного управления.
Наряду с представлениями о харизматическом статусе импера­
тора в патристической литературе могут быть найдены весьма рез­
кие указания василевсу на его статус мирянина, например, у Ам­
вросия Медиоланского или Максима Исповедника. См.: Минь, PL,
XVI, стлб. 1041, 1038-1039, 1061; Минь, PG, LXXXII, стлб. 1232-1237
(Theodoreti Eccl. Historia V, 17); Минь, PG, ХС, стлб. 92, 116-117,
145-148.
Так, отвечая боярину С. Стрешневу, Никон пишет (27-й вопросоответ): «Глеши, совопросниче, одинъ которой называетъ мучителем
велможньйшаго цря нашег[о] и смьет нарицати несправедлйваго обидителя и хищ'ника, что тому подобает по свтымъ правилом. Отвьтъ:
Для чего безимян'но пишеш, одинъ который называетъ мучителем
велмож'ньйшаго цря. Ащели о нас глеши, не мы едины то исповеда­
ем, но вся тварь з'болъзнуетъ и совоздыхаетъ с нами о лютых наших
скор'бьх, гакоже преда явлено ест[ь]. . . А яже что неправедно ест[ь] и
немилост[ь] црева, в'сьмъ явно есть. . .» (РГБ, ф. 178, № 9427, л. 454).
1 3

1 4

1 5

1 6

Характерным примером югозападнорусского панегирического
стиля, который должен восприниматься как кощунственный велико­
русской аудиторией, может служить панегирик митрополиту Петру
Могиле. Автор этого сочинения задается вопросом, почему рождение
Могилы случилось не в один день с Рождеством Христовым (Могила
родился 21 декабря), а несколько раньше. Решается этот вопрос так:
«Петр Могила должен был бы родиться в один день с Христом, но
самые светила своим рукоплесканием не могли удовлетворить обоих