Избранные труды. Том I. Семиотика истории. Семиотика культуры

Успенский Б. А. Избранные труды. Т.I. Семиотика истории. Семиотика культуры. Изд. 2-е. — Москва: Школа "Языки Русской Культуры", 1996. С.608. ISBN 5-88766-007-4

Настоящее (второе) издание «Избранных трудов» выходит в 3-х томах в исправленном и значительно расширенном виде. Некоторые статьи публикуются впервые. Почти все статьи были переработаны для данного издания. Первый том "Семиотика истории. Семиотика культуры" открывается общей статьей, посвященной восприятию времени, и в частности, восприятию истории как действенному фактору в историческом процессе. Эти общие положения иллюстрируются в последующих работах на конкретном материале русской истории. Таковы, например, статьи о самозванцах в России, о восприятии современниками Петра I, и цикл статей, посвященных концепции Москвы как третьего Рима. Автор показывает, что восприятие истории является культурно обусловленным и что оно (это восприятие) определяет исторический процесс. Другой цикл статей специально посвящен царской власти в России. Таковы статьи "Царь и Бог", "Царь и патриарх", "Царь и самозванец". Третий цикл статей данного тома посвящен дуализму в русской культуре. Таковы статьи "Роль дуальных моделей в динамике русской культуры (до конца XVIII века)" и "Анти-поведение в культуре Древней Руси".

Содержание

Предисловие

Предисловие ко второму изданию

История и семиотика (Восприятие времени как семиотическая проблема)

Historia sub specie semioticae

Восприятие истории в Древней Руси и доктрина «Москва — третий Рим»

Отзвуки концепции «Москва — третий Рим» в идеологии Петра Первого (К проблеме средневековой традиции в культуре барокко) (в соавторстве Ю. М. Лотманом)

Царь и самозванец: самозванчество в России как культурно-исторический феномен

Царь и патриарх: харизма власти в России (Византийская модель и ее русское переосмысление)

Царь и Бог (Семиотические аспекты сакрализации монарха в России) (в соавторстве с В. М. Живовым)

Роль дуальных моделей в динамике русской культуры (до конца XVIII века) (в соавторстве с Ю. М. Лотманом)

Дуалистический характер русской средневековой культуры (на материале «Хожения за три моря» Афанасия Никитина)

Миф — имя — культура (в соавторстве с Ю. М. Лотманом)

Анти-поведение в культуре Древней Руси

Раскол и культурный конфликт XVII века

Цитируемая литература

Принятые сокращения

Библиографическая справка

Именной указатель

Оглавление

OCR
го благословение (1589 г.): ему велено было отдать посох при
условии, если Иеремия сделает то же самое, в противном же
случае никоим образом посоха не отдавать — совершенно оче­
видно, что оставление посоха служило бы знаком подчиненности
московского патриарха (Шпаков, 1912, Прилож. II, с. 170).
2.2. Как мы видели, с упразднением патриаршества монарх
усваивает себе функции патриарха, и это непосредственно от­
ражается на его восприятии. В частности, особый харизматиче­
ский характер, приписываемый монарху как главе церкви, мо­
жет быть связан с особым харизматическим статусом патриарха
в допетровской церкви; эта особая, отличная от общей епископ­
ской харизма патриарха определялась тем, что его интрониза­
ция была новой хиротонией (вне русской церкви такой обычай
неизвестен — Зызыкин, II, с. 172-173). Отсюда же объясняется
восприятие монарха как живого образа Б о г а .
Патриарх в качестве видимой главы Церкви являет собой
образ Христа как невидимой Главы Церкви. В принципе это от­
носится и к любому правящему архиерею как главе самодоста­
точной церковной о б щ и н ы ; однако в России патриарх в силу
своего особого поставления получал не только административ­
ные, но и харизматические преимущества по отношению к про­
чим епископам — соответственно, патриарх в первую очередь
и правомочен восприниматься как образ Божий. Патриарх Ни­
кон говорил: «Патриарх во образ Христа, городские Епископы
во образ 12 Апостолов, а сельские Епископы во образ 70 Апо­
столов» (Зызыкин, II, с. 187), «. . . патриарх есть образ жив Хри­
стов и одушевлен, делесы и словесы в себе живописуя истину»
(ЗОРСА, II, с. 481; ср.: Каптерев, II, с. 1 8 5 ) . После того как гла­
вою церкви перестал быть патриарх, привилегия я в л я т ь собой
образ Бога закрепляется прежде всего за царем. Когда в сере­
дине XIX в. полковой священник учит, что «Земной Царь есть
видимая глава Церкви» (Котович, 1909, с . 4 6 5 ) , он явно имеет
в виду, что царь являет собою Христа, т. е. есть образ Бога.
Наименование царя образом Божиим может быть связано
и с византинизацией русской культуры (ср. § II). Действитель­
но, в Византии, наряду с учением о патриархе как образе Бо61

62

63

64