Избранные труды. Том I. Семиотика истории. Семиотика культуры

Успенский Б. А. Избранные труды. Т.I. Семиотика истории. Семиотика культуры. Изд. 2-е. — Москва: Школа "Языки Русской Культуры", 1996. С.608. ISBN 5-88766-007-4

Настоящее (второе) издание «Избранных трудов» выходит в 3-х томах в исправленном и значительно расширенном виде. Некоторые статьи публикуются впервые. Почти все статьи были переработаны для данного издания. Первый том "Семиотика истории. Семиотика культуры" открывается общей статьей, посвященной восприятию времени, и в частности, восприятию истории как действенному фактору в историческом процессе. Эти общие положения иллюстрируются в последующих работах на конкретном материале русской истории. Таковы, например, статьи о самозванцах в России, о восприятии современниками Петра I, и цикл статей, посвященных концепции Москвы как третьего Рима. Автор показывает, что восприятие истории является культурно обусловленным и что оно (это восприятие) определяет исторический процесс. Другой цикл статей специально посвящен царской власти в России. Таковы статьи "Царь и Бог", "Царь и патриарх", "Царь и самозванец". Третий цикл статей данного тома посвящен дуализму в русской культуре. Таковы статьи "Роль дуальных моделей в динамике русской культуры (до конца XVIII века)" и "Анти-поведение в культуре Древней Руси".

Содержание

Предисловие

Предисловие ко второму изданию

История и семиотика (Восприятие времени как семиотическая проблема)

Historia sub specie semioticae

Восприятие истории в Древней Руси и доктрина «Москва — третий Рим»

Отзвуки концепции «Москва — третий Рим» в идеологии Петра Первого (К проблеме средневековой традиции в культуре барокко) (в соавторстве Ю. М. Лотманом)

Царь и самозванец: самозванчество в России как культурно-исторический феномен

Царь и патриарх: харизма власти в России (Византийская модель и ее русское переосмысление)

Царь и Бог (Семиотические аспекты сакрализации монарха в России) (в соавторстве с В. М. Живовым)

Роль дуальных моделей в динамике русской культуры (до конца XVIII века) (в соавторстве с Ю. М. Лотманом)

Дуалистический характер русской средневековой культуры (на материале «Хожения за три моря» Афанасия Никитина)

Миф — имя — культура (в соавторстве с Ю. М. Лотманом)

Анти-поведение в культуре Древней Руси

Раскол и культурный конфликт XVII века

Цитируемая литература

Принятые сокращения

Библиографическая справка

Именной указатель

Оглавление

OCR
и вседержителя бога, да соблюдет вашу святую особу во здра­
вии» (Письма и бумаги Петра, IX, с. 631). В первом варианте
оды В. П. Петрова «На сочинение нового уложения» (1767 г.)
были такие строки:
Велик Господь в Петре Великом
Велик в Елисавете был...
В святой Твоей Екатерине,
В творимых Ею чудесах!
(Петров, 1767, л. 2 об.)
В дальнейшем эпитет святой может прилагаться ко всему,
что относится к царю. Так, в 1801 г. митр. Платон (Левшин) го­
ворит о «святой крови» императрицы Марии Федоровны, теку­
щей в жилах императора Александра (Платон, 1801, л. 4 об.), а
в 1810-х годах управляющий Московской епархией архиепископ
Августин (Виноградский) упоминает о «святой воле» и «святых
молитвах» царя (Августин, 1815, с. 6; Августин, 1816, с. 5).
Примечательно, что фраза с эпитетом святой («Господи свя­
тый, боговенчанный царю») была при Федоре Алексеевиче ис­
ключена из чина венчания на царство ( Д Р В , VII, с. 357). Эта
фраза имелась в чинах венчания Федора Иоанновича (СГГиД,
II, с. 83), Михаила Федоровича (СГГиД, III, с. 84) и Алексея
Михайловича ( Д Р В , VII, с. 288). В этом контексте святой озна­
чал, по-видимому, то же, что и в возгласе «Святая святым» в
чине л и т у р г и и . Речь идет о той святости, которая необходи­
ма всякому верующему д л я принятия св. Даров. Подобно тому
как верующие, готовящиеся приступить к причастию, называ­
ются «святыми», поскольку они очищены исповедью и покая­
нием, так и царь перед причащением, которое входит в обряд
венчания на царство, именуется таким же образом. Исключе­
ние этого эпитета обусловлено изменением концепции. Именно
потому, что царь стал называться «святым» вне определенного
контекста, это название начинает связываться с особым стату­
сом царя как помазанника; поэтому оно стало восприниматься
как неуместное до миропомазания. Таким образом, исключение
эпитета святой из чина венчания отнюдь не противоречит об21