Избранные труды. Том I. Семиотика истории. Семиотика культуры

Успенский Б. А. Избранные труды. Т.I. Семиотика истории. Семиотика культуры. Изд. 2-е. — Москва: Школа "Языки Русской Культуры", 1996. С.608. ISBN 5-88766-007-4

Настоящее (второе) издание «Избранных трудов» выходит в 3-х томах в исправленном и значительно расширенном виде. Некоторые статьи публикуются впервые. Почти все статьи были переработаны для данного издания. Первый том "Семиотика истории. Семиотика культуры" открывается общей статьей, посвященной восприятию времени, и в частности, восприятию истории как действенному фактору в историческом процессе. Эти общие положения иллюстрируются в последующих работах на конкретном материале русской истории. Таковы, например, статьи о самозванцах в России, о восприятии современниками Петра I, и цикл статей, посвященных концепции Москвы как третьего Рима. Автор показывает, что восприятие истории является культурно обусловленным и что оно (это восприятие) определяет исторический процесс. Другой цикл статей специально посвящен царской власти в России. Таковы статьи "Царь и Бог", "Царь и патриарх", "Царь и самозванец". Третий цикл статей данного тома посвящен дуализму в русской культуре. Таковы статьи "Роль дуальных моделей в динамике русской культуры (до конца XVIII века)" и "Анти-поведение в культуре Древней Руси".

Содержание

Предисловие

Предисловие ко второму изданию

История и семиотика (Восприятие времени как семиотическая проблема)

Historia sub specie semioticae

Восприятие истории в Древней Руси и доктрина «Москва — третий Рим»

Отзвуки концепции «Москва — третий Рим» в идеологии Петра Первого (К проблеме средневековой традиции в культуре барокко) (в соавторстве Ю. М. Лотманом)

Царь и самозванец: самозванчество в России как культурно-исторический феномен

Царь и патриарх: харизма власти в России (Византийская модель и ее русское переосмысление)

Царь и Бог (Семиотические аспекты сакрализации монарха в России) (в соавторстве с В. М. Живовым)

Роль дуальных моделей в динамике русской культуры (до конца XVIII века) (в соавторстве с Ю. М. Лотманом)

Дуалистический характер русской средневековой культуры (на материале «Хожения за три моря» Афанасия Никитина)

Миф — имя — культура (в соавторстве с Ю. М. Лотманом)

Анти-поведение в культуре Древней Руси

Раскол и культурный конфликт XVII века

Цитируемая литература

Принятые сокращения

Библиографическая справка

Именной указатель

Оглавление

OCR
связаны с перемещением на новую кафедру и, следовательно, не
имеют отношения к 14-му апостольскому правилу. Так, напри­
мер, митрополит Алексей был поставлен в 1352 г. в епископы
владимирские с тем, чтобы стать затем митрополитом всея Ру­
си; это не означало перемещения на другую кафедру, т. к. ми­
трополит занимал именно владимирскую кафедру. Едва ли это
случайно: надо полагать, что данное правило принималось во
внимание в подобных случаях.
Замечательно, вместе с тем, что одним из первых митропо­
литов, поставленных из архиереев, поставление которого подпа­
дает под сферу действия 14-го апостольского правила, был не
кто иной, как митрополит Иона. Сам Иона, как мы знаем, не
ссылался на это правило, однако при митрополите Макарии по­
ставление Ионы было осмыслено именно таким образом. Соот­
ветственно происходит и переосмысление новой хиротонии, ко­
торая получает теперь принципиально новое истолкование.
Действительно, по смыслу 14-го апостольского правила по­
ставление архиерея на митрополию оправдывается специальны­
ми нуждами церкви, требующими призвания именно данного
конкретного лица; соответственно понимается и повторение хи­
ротонии, которое считается необходимым в подобных случаях.
Если первоначально — при поставлении Ионы и, вслед за ним,
Феодосия, Филиппа и Геронтия — повторение хиротонии было
вызвано исключительными обстоятельствами (разрывом с Кон­
стантинополем и невозможностью принимать поставление от па­
триарха), то теперь оно мотивируется исключительными досто­
инствами, самого поставляемого, определяющими необходимость
его призвания на высшую должность. Новая хиротония оказы­
вается при этом как бы сакраментальным актом, утверждаю­
щим эти достоинства; отсюда недалеко до восприятия этого ак­
та как специального акта посвящения, определяющего особый
канонический статус главы церкви (как это и будет понимать­
ся в дальнейшем). Итак, митрополит Макарий не отрекается от
данной традиции, но переосмысляет ее, д а в а я ей новое канони­
ческое обоснование.
К а к мы видели, дополнение к митрополичьей Кормчей кни-