Избранные труды. Том I. Семиотика истории. Семиотика культуры

Успенский Б. А. Избранные труды. Т.I. Семиотика истории. Семиотика культуры. Изд. 2-е. — Москва: Школа "Языки Русской Культуры", 1996. С.608. ISBN 5-88766-007-4

Настоящее (второе) издание «Избранных трудов» выходит в 3-х томах в исправленном и значительно расширенном виде. Некоторые статьи публикуются впервые. Почти все статьи были переработаны для данного издания. Первый том "Семиотика истории. Семиотика культуры" открывается общей статьей, посвященной восприятию времени, и в частности, восприятию истории как действенному фактору в историческом процессе. Эти общие положения иллюстрируются в последующих работах на конкретном материале русской истории. Таковы, например, статьи о самозванцах в России, о восприятии современниками Петра I, и цикл статей, посвященных концепции Москвы как третьего Рима. Автор показывает, что восприятие истории является культурно обусловленным и что оно (это восприятие) определяет исторический процесс. Другой цикл статей специально посвящен царской власти в России. Таковы статьи "Царь и Бог", "Царь и патриарх", "Царь и самозванец". Третий цикл статей данного тома посвящен дуализму в русской культуре. Таковы статьи "Роль дуальных моделей в динамике русской культуры (до конца XVIII века)" и "Анти-поведение в культуре Древней Руси".

Содержание

Предисловие

Предисловие ко второму изданию

История и семиотика (Восприятие времени как семиотическая проблема)

Historia sub specie semioticae

Восприятие истории в Древней Руси и доктрина «Москва — третий Рим»

Отзвуки концепции «Москва — третий Рим» в идеологии Петра Первого (К проблеме средневековой традиции в культуре барокко) (в соавторстве Ю. М. Лотманом)

Царь и самозванец: самозванчество в России как культурно-исторический феномен

Царь и патриарх: харизма власти в России (Византийская модель и ее русское переосмысление)

Царь и Бог (Семиотические аспекты сакрализации монарха в России) (в соавторстве с В. М. Живовым)

Роль дуальных моделей в динамике русской культуры (до конца XVIII века) (в соавторстве с Ю. М. Лотманом)

Дуалистический характер русской средневековой культуры (на материале «Хожения за три моря» Афанасия Никитина)

Миф — имя — культура (в соавторстве с Ю. М. Лотманом)

Анти-поведение в культуре Древней Руси

Раскол и культурный конфликт XVII века

Цитируемая литература

Принятые сокращения

Библиографическая справка

Именной указатель

Оглавление

OCR
следователь Иосифа Волоцкого, в послании к Герману, иноку
Кирилло-Белозерского монастыря, называет митрополита Симона
«патриархом», а великого князя Василия Ивановича — «царем»
(Жмакин, 1881, с. 192). Примечательным образом митрополит опре­
деляется в этом послании как «глава всех человек». Ср. в этой свя­
зи также необычное наименование Симона «государем» в грамотах
коломенского епископа Никона 1502-1505 гг. (РФА, II, № 97.1, 97.11,
с. 300-301; РИБ, VI, № 112.11, стлб. 752-754).
По некоторым сведениям, после смерти Ивана III (в 1505 г.) ми­
трополит Симон венчал Мономаховым венцом великого князя Васи­
лия Ивановича. Замечательно, что хронограф может описывать эту
церемонию как церемонию венчания на царство: великий князь «со­
ветом Симона митрополита и всего освященного собора и боляр своих
входил во святую соборную церковь и со всем своим синклитом. И свя­
щенному собранию сошедшуся и песнословиша, якоже обычай имать
святая и соборная церковь еже царя поставляти. Преосвященному же
Симону митрополиту возложыну на великого князя Василия Иванови­
ча животворящий крест, и порфиру, и виссон, и златую гривну, и венец
Мономахов возложи на главу его, и всеми царскими утварьми украси,
и царем его нарече, и с поклонением возвеличил его, и рече: благовер­
ному и христолюбивому царю и великому князю Василию Ивановичу
московскому и всея Руси испола эти деспота» (Соловьев, III, с. 358).
Впрочем ^ достоверность этого сообщения вызывает сомнения исследо­
вателей (см.: Савва, 1901, с. 144-146); хронограф, который цитирует
Соловьев, к сожалению, не обнаружен. О царском венчании Василия
Ивановича сообщает и краткий летописец по рукописи XVII в. (ГПБ,
Q.XVII.71): «в соборной церкви царскую всю утварь на него возложиша и царя его и великого княза Василия Ивановича Московского и
всея России нарекоша» (Жданов, 1891, с. 335, примеч. 2).
Согласно Герберштейну, Василий III не был венчан на царство,
ввиду того, что соответствующий обряд был осуществлен над Дмитри­
ем (Герберштейн, 1988, с. 66, 68, ср. с. 79); вместе с тем, Герберштейн
указывает, что Василий принял царский титул (там же, с. 74, ср. с. 65).
Равным образом и митрополит Макарий утверждал (в 1555 г.), что Ва­
силию «венчанья от нас не было» (Сб. РИО, LIX, с. 475). Этот вопрос
затрагивается в «Повести о втором браке Василия III»: согласно этой
повести, Вассиан Патрикеев отговаривает Василия от развода с Соломонией Сабуровой, указывая, что он не сможет войти в церковь;
оставаясь же в первом браке, Василий имеет право «итти в царские
двери, взем свой царьский скипетр и царскую диадиму, рекше багря­
ницу, и сердоликову крабицу и прапрародителя своего великого князя
Владимира Монамаха . . . шапку, да сести на престоле» (Зимин, 1976,
с. 142; Бодянский, 1847, с. 3); при этом скипетр, «диадима» и «крабица
сердоликова» представляют собой царские регалии, которые фигури1 1