Деяния Второго Всероссийского Cобора христиан-поморцев, приемлющих брак. 1913 г.

Содержание
OCR
— 101 — объединены, не сохранили манеру древняго
подлинника, не усвоили характера древняго
письма и поэтому оторвались отъ древне¬
русскаго православнаго искусства иконо—
писанія и пошли за тѣмъ теченіемъ, которое
въ XVIII вѣкѣ проникло въ Россію съ за¬
пада, стали подражать и копировать латин¬
скіе образцы несвойственные духу русскаго
народа, почему и видимъ въ наше время
такое паденіе святого искусства иконопи¬
санія. Такая измѣна русскому искусству объ¬
ясняется и измѣнившимся положеніемъ ико¬
нописца нашего времени. На иконописаніе
въ древней Руси смотрѣли, какъ на подвигъ,
какъ на духовное служеніе Богу и Церкви,
иконописцы часто принимали ангельскій чинъ,
и работали въ тиши монастырей, въ дали отъ
заботъ міра сего. Иконописцы пользовались
большимъ почетомъ, цари и патріархи живо
интересовались ихъ работами и давали особо
даровитымъ полную возможность всецѣло
отдаться своему призванію. Стоглавый Со¬
боръ (гл. 43) завѣщалъ церковнымъ властямъ
беречь чистоту иконнаго писанія, смотрѣть
за иконописцами и воспрещать писать иконы
тѣмъ изъ нихъ, которые не усвоили письма
и не слѣдовали древнимъ подлинникамъ.
Тоже заповѣдуется и въ Кормчей (гл. 24). Совмѣстныя дружныя усилія царей и ду¬
ховныхъ властей привели къ тому, что рус¬
ская иконопись, исходившая отъ византій¬
скихъ образцовъ, достигла въ XVI—XVII ст.
недосягаемой высоты, далеко опередивъ
своихъ учителей-грековъ. Но во время великой духовной бури,
пронесшейся надъ Русью въ концѣ XVII ст.,
искусство иконописанія вмѣстѣ со всѣмъ ре¬
лигіознымъ укладомъ русскаго народа было
принуждено бѣжать въ лѣса и пустыни,
чтобы спастись отъ преслѣдованій впавшей
въ латинство и протестанство русской ду¬
ховной власти. На мѣсто святой иконы рус¬
скаго письма стали насильственно ставить
въ храмахъ живописныя картины иноземной
работы, древніе образа выносились изъ хра¬
мовъ, частью сжигались, а частью удалялись на чердаки и въ подвалы. Западное искусство
получило тогда широкій доступъ въ русскую
никоновскую церковность, польскіе гравюры
и листки наводнили Русь не только по горо¬
дамъ, но проникли и въ села и деревни.
Иконописцы конца XVII ст. перешли отъ
русскихъ вѣковыхъ образцовъ къ плохому
копированію плохихъ латинскихъ картинъ,
чѣмъ подорвали религіозною основу иконо¬
писи и сдѣлали ее ремесломъ доступнымъ для
всѣхъ достойныхъ и недостойныхъ; наравнѣ
съ сукнами и полотнами стали фабриковать
и иконы безъ призванія и безъ любви къ
дѣлу. Въ тѣ времена русская иконопись
скрылась вмѣстѣ съ Вѣрой въ лѣсахъ По¬
морья и продолжала развиваться и впо-
слѣдствіе достигла большого процвѣтанія
въ Поморскомъ Выголексинскомъ общежи¬
тельствѣ. Сюда западные образцы не могли
проникнуть, ибо Вѣра не допускала общенія
съ латинствомъ ни въ чемъ. Выголексин-
скія иконописныя палаты возродили вре¬
мена XVI—XVII ст. русскаго иконописанія;
иконы писались иноками съ должнымъ благо¬
говѣніемъ и религіозностью, соблюдался ико¬
нописный подлинникъ, иконы украшались
богатой орнаментаціей и золотомъ, поля по¬
крывались многочисленными изреченіями изъ
Св. Писанія; иконы не служили предметомъ
торговли, а разсыпались по христіанской
Руси въ знакъ благодарности за тѣ пожертво¬
ванія и вклады, которые присылались въ
общежительства. Вмѣстѣ съ разореніемъ обще-
жительства падаетъ и этотъ послѣдній оплотъ
русскаго иконописанія. Выученики Выголек-
синскихъ иконописныхъ палатъ разсѣялись
по Россіи и въ теченіе первой половины
XIX вѣка поддерживали славу русскаго
иконописанія. Такъ осталась память о по¬
морскихъ иконописцахъ-мастерахъ этого вре¬
мени: Мордвинкиныхъ, Старцева, Будни¬
кова, Порфирова и др., письмо которыхъ
можно видѣть въ поволжскихъ моленныхъ
и убѣдиться, что эти мастера шли въ своемъ
искусствѣ путемъ завѣщаннымъ отъ пред¬
ковъ, не уклоняясь въ сторону латинству го-
щей русской никоновской школы иконописи.