Древне-Русский духовник

С.И. Смирнов, Древне-Русский духовник. Исследование с приложением: Материалы для истории древне-русской покаянной дисциплины. - М.,
1913

Содержание

Предисловие

Сокращения

Введение

ГЛАВА I. Организация древне-русского духовничества

ГЛАВА II. Нравственное и бытовое положение духовника

ГЛАВА III. Житейское положение и официальная роль духовника

ГЛАВА IV. Нравственное миросозерцание духовнина по Вопрошанию Кирика

ГЛАВА V. Учительная деятельность древне-русского духовника

ГЛАВА IV, Дисциплинарная деятельность духовника

ГЛАВА VII. Русские духовники и раскол старообрядства

ПРИЛОЖЕНИЯ

Добавления и поправки

Добавления и поправки в Материалах для истории древне-русской покаянной дисциплины

Опечатки и недосмотры в Указателе к Текстам и в Оглавлении

Опечатки

OCR
2 ВВЕДЕНІЕ. стіанскаго Востока; воспринялъ съ нею, насколько было это возможно, и
самый строй дисциплины; подражая готовымъ образцамъ, онъ увеличивалъ
покаянную письменность своими произведеніями. И въ теченіе всей до¬
петровской исторіи дисциплина эта просуществовала почти неизмѣнно,
приблизительно въ тѣхъ бытовыхъ чертахъ своихъ, въ которыхъ она заро¬
дилась и сложилась въ восточныхъ монастыряхъ періода вселенскихъ собо¬
ровъ. Поэтому, изучая исторію древне-русскаго духовничества, мы зани¬
маемся преимущественно бытовой стороной его; предлагаемая вниманію
читателя книга есть изслѣдованіе по исторіи гъерсотаго быта. Такъ пони¬
маетъ авторъ свою задачу. Сосредоточивъ свое преимущественное вниманіе на бытовой, а не на
канонической сторонѣ изучаемаго явленія, авторъ считалъ удобнымъ, исходя
отсюда, комментировать и объяснятъ свидѣтельства древне-русскихъ цср-
ковно-законодателышхъ памятниковъ, имѣющія съ точки зрѣнія капо ни-
| ческой, безспорно, главнѣйшее значеніе. И въ результатѣ получилось твер¬
дое убѣжденіе въ томъ, что древне-русская церковная власть проявила въ
этой сферѣ очень мало творчества; она жила традиціей, стариной, вполнѣ
признала давно сложившуюся дисциплину покаянія и его органъ, не под¬
вергала ихъ ломкѣ или какой-нибудь реформѣ до самаго XVIII стол.; рѣдко
измѣняла она какія-нибудь частности или исправляла, и не всегда съ за¬
мѣтнымъ успѣхомъ, отступленія отъ нормы, являвшіяся не только плодомъ
злоупотребленій, но и воздѣйствія антиканонической, худой письменности.
Вообще покаянная письменность, переходившая постепенно къ намъ съ
Востока, главнымъ образомъ съ славянскаго юга, оказывала значительное
вліяніе на дисциплину покаянія и его органъ. Но въ древней русской
церкви не было серьезной попытки разобраться въ письменности, регули¬
ровавшей покаянную дисциплину: выдѣлить каноническій элементъ отъ
отреченнаго, а каноническій привести въ систему,—-отбросивъ устарѣвшее,
ввести новое, сгладитъ противорѣчія. Ничего подобнаго не наблюдается.
Матеріалъ нарасталъ механически: правила, уже явно устарѣвшія, напр.,
правила о постахъ, составленныя по студійскому уставу, переписываются
еще въ XVII в. Появлялись новыя правила, переводились новые, иногда
обширные сборники (таковъ, напр., Номоканонъ при Большомъ Требникѣ),
но и старые не теряли, повидимому, своего практическаго значенія. И не
даромъ большая часть древнѣйшихъ произведеній изучаемаго отдѣла дошли
до насъ въ спискахъ сравнительно позднихъ. Эга безпорядочность руко¬
водствъ, несомнѣнно, сильно затрудняла древне-русскихъ духовниковъ,
вызывала „разнствія" и „мятежи" между ними, можетъ быть, недо¬
вольство духовныхъ дѣтей: по старинному выраженію, попъ долженъ былъ
какъ „врачъ хитрый" разыскивать каждый разъ нужный ему „канонъ",
и можно быть увѣреннымъ, что далеко не всегда у духовника была на
лицо требуемая хитрость. На долю изслѣдователя выпадаетъ отсюда обя¬
занность разобраться въ этомъ обширномъ и далеко неизученномъ мате¬
ріалѣ, распредѣлить его хронологически: какіе памятники древнѣйшей
эпохи и какія установливали они нормы для покаянной дисциплины,