Опричный террор

Скрынников Р.Г. Опричный террор. -Издательство Ленинградского Университета, 1969

Настоящая книга завершает исследование автора по истории опричнины. В данной книге основное внимание уделено раскрытию механизма массового террора 1569-1572 гг., установлению причин отмены опричнины, выяснению вопроса о социальных и экономических последствиях опричнины в ее историческом значении. Образование опричнины ознаменовало собой своего рода верхушечный политический переворот, имевший целью утвердить принципы самодержавного правления в рамках ограниченной монархии в ущерб традиционным привилегиям аристоркратического боярства, непосредственно участвовавшего в управлении государством.

OCR
литературе А. А. Зимин пытался опровергнуть выводы А. М. Гневушева. Он указывает на попытки правительства
заселить пустые дворы в Новгороде после 1570 г. и утверж¬
дает, что эти попытки стирали следы погрома, а следова¬
тельно, «сведения писцовых книг 1583 г. недостаточны для
определения степени разорения Новгорода после похода
1570 г.» 1. Материал писцовых книг Новгорода 80-х гг. требует кри¬
тического к себе отношения. Содержащиеся в них сведения
за 60-е гг. менее полны. Число и достоверность сведений
возрастают по мере приближения к концу 70-х гг. Нет со¬
мнения, что часть запустевших посадских дворов Новгорода
была после погрома вновь заселена. Подобное обстоятель¬
ство искажает общую картину, но не столь значительно, как
кажется на первый взгляд. На протяжении 60—70-х гг. нов¬
городский посад приходит во все больший упадок. Каждый
год из тягла выбывали десятки и сотни дворов. В таких
условиях попытки заселить пустующие дворы не стирали глу¬
боких следов разорения предыдущих лет2. Чем больший
масштаб имели бедствия, тем глубже были следы в поздней¬
ших описях, хотя со временем эти следы несколько стира¬
лись. Ниже мы приводим подробную таблицу «Разорение нов¬
городского посада в 1560—1573 гг.», составленную по данным
О. Ф- Терешкевича (см. табл. 1). Приведенные в таблице
цифры свидетельствуют о том, что самым тяжелым бедст¬
вием для жителей Новгорода была эпидемия чумы в 1566—
1567 и в особенности в 1571 гг. Только на Софийской стороне
от чумы умерло 89 тяглецов в 1566—1567 гг. и 117 в 1571 г.3. 1 А. А. Зимин. Опричнина, стр. 302. 2 Д. Г о р с е й, автор мемуаров, не отличающихся большой достоверно¬ стью, пишет, что после погрома царь велел своим военачальникам силой
тащить в Новгород жителей окрестных деревень и селить их в разорен¬
ном городе. (См. Д. Гор сей. Записки, стр. 26). Ссылаясь на этот рас¬
сказ Горсея, А. А. Зимин утверждает, что после погрома в Новгороде
были поселены многие жители, и подчеркивает, что это — очень важное
обстоятельство. (См. А. А. Зимин. Опричнина, стр. 301). Так ли это?
Даже если принять на веру известие Горсея, то и в этом случае нельзя
забывать, что распоряжения властей — это одно, а их реальные резуль¬
таты — совсем другое. В 70-х гг. разорение посада прогрессировало из
года в год, и к началу '80-х гг. Новгородский посад пришел в полный
упадок. При таких условиях попытки заселить город не могли дать за¬
метных результатов, даже если бы они предпринимались систематически.
Но с 1571 г. власти начинают переводить жителей Новгорода в сожжен¬
ную татарами Москву. . - 3 Здесь и ниже мы ссылаемся на данные,,, относящиеся к Софийской
стороне. Дело в том, что массовый материал содержит только опись Со¬
фийской стороны, тогда как опись Торговой стороны сохранилась в от¬
рывке. На Софийской стороне описано 2610 посадских дворов и мест дво¬
ровых, в том числе 1805 тяглых. Опись Торговой стороны содержит дан¬
ные о 702 дворах и местах дворовых, в том числе о 550 тяглых дворах. 67 5*