Опричный террор

Скрынников Р.Г. Опричный террор. -Издательство Ленинградского Университета, 1969

Настоящая книга завершает исследование автора по истории опричнины. В данной книге основное внимание уделено раскрытию механизма массового террора 1569-1572 гг., установлению причин отмены опричнины, выяснению вопроса о социальных и экономических последствиях опричнины в ее историческом значении. Образование опричнины ознаменовало собой своего рода верхушечный политический переворот, имевший целью утвердить принципы самодержавного правления в рамках ограниченной монархии в ущерб традиционным привилегиям аристоркратического боярства, непосредственно участвовавшего в управлении государством.

OCR
ста слышался в каждом русском селении» К Подобный вывод
представляется нам спорным, поскольку, он не подкреплен
достаточным фактическим материалом. Из работы А. А. Зи¬
мина следует, что основной формой «классовых битв» кре¬
стьян в годы опричнины было массовое бегство их на окраи¬
ны. Бегство было формой стихийного протеста и вело к пау¬
перизации и распылению крестьянства как класса, так что
едва ли возможно считать побеги формой «классовых битв»
и «новым этапом в истории антифеодальной борьбы крестьян¬
ства». В наиболее четкой и резкой форме тезис И. И. Смирнова
об антикрестьянской сути опричнины повторил в новейшей
литературе С. М. Каштанов, «...рассматривая опричнину в со¬
циальном аспекте, — пишет С. М. Каштанов, — мы убежда¬
емся, что главное в ней — это ее классовая направленность,
которая состояла в проведении мероприятий, содействовав¬
ших дальнейшему закрепощению крестьян. В этом смысле
опричнина была, конечно, в большей степени антикрестьян¬
ской, чем антибоярской политикой»1 2. Автор строит свою
аргументацию на ряде предположений, причем в основу
всего построения он кладет один" вид источника — иммуни-
тетные грамоты XVI в. С. М. Каштанов отмечает, что в фор¬
муляре йммунитетных грамот термин «люди» стал вытес¬
няться в XVI в. термином «крестьяне» или «люди и крестья¬
не». По предположению автора, эта терминологическая пере¬
мена была связана с усилением крестьянского закрепощения.
Несмотря на то, что сохранилась лишь ничтожная часть той
массы иммунитетных грамот, которая обращалась в XVI в.,
и что сохранившийся отрывочный материал едва ли может слу¬
жить надежным основанием для районирования, С. М. Каш¬
танов считает возможным сделать вывод о том, что новая
формула иммунитетных грамот («люди и крестьяне») упо¬
треблялась главным образом в уездах к востоку от Москвы
(1538—1565 гг.), а также на севере (1538—1555 гг.) и что,
следовательно, восточные (замосковные) и отчасти северные
районы были более крепостническими, чем западные и юго-
западные3. Основная гипотеза С. М. Каштанова сводится к
тому, что при учреждении опричнины в нее попали менее за¬
крепощенные уезды (Можайск, Вязьма и т. д., исключая Суз¬
даль) . «Взятым в опричнину, как мы видели, — пишет он, —
оказался известный круг территорий на севере и западе, где
закрепощение не было еще закончено и которые в связи
с этим были более удобны для проведения здесь закрепости- 1 А. А. Зимин. Опричнина, стр. 425. 2 С. М. Каштанов. К изучению опричнины, стр. 108. 3 Там же, стр. 100—101. 221