Опричный террор

Скрынников Р.Г. Опричный террор. -Издательство Ленинградского Университета, 1969

Настоящая книга завершает исследование автора по истории опричнины. В данной книге основное внимание уделено раскрытию механизма массового террора 1569-1572 гг., установлению причин отмены опричнины, выяснению вопроса о социальных и экономических последствиях опричнины в ее историческом значении. Образование опричнины ознаменовало собой своего рода верхушечный политический переворот, имевший целью утвердить принципы самодержавного правления в рамках ограниченной монархии в ущерб традиционным привилегиям аристоркратического боярства, непосредственно участвовавшего в управлении государством.

OCR
Розыск об участии верхушки опричнины в «заговоре»
внушил царю страх за свою безопасность в опричнине. По¬
дозрительный, . нервный самодержец, отделившийся в свое
время от ненадежной земщины и искавший убежища в оп¬
ричнине, высказывает теперь намерение покинуть также и
опричнину. В разгар следствия о «заговоре» в июне 1571 г.
он писал в Крым послу А. Нагому с товарищами: «А ныне
есте ни в земском, ни в опришнине, и вы б нам послужи¬
ли, чтобы вам к нам приехати, оже даст бог, к нашей ми¬
лости» К Как бы то ни было, но свое жалованье Нагому
царь все же посылал «из оцришнины». Царица Мария Черкасская умерла в конце 1569 г., и
вскоре Грозный стал хлопотать о новом браке. Как только
кончились смотрины, продолжавшиеся год, он объявил
о помолвке с юной, шестнадцатилетней красавицей Марфой
Собакиной1 2. Свахами Марфы были жена и дочь Малюты,
ее дружками на свадьбе оказались сам Малюта и его зять
Борис Годунов3. Весьма возможно, что Бельский сосватал
царю свою дальнюю родственницу и таким образом пород¬
нился с царской семьей4. Выбор царской невесты обнару^
жил, что в интимнейших вопросах царь полагался на советы
Скуратова не меньше, чем при расследовании заговоров. Третий брак Грозного был самым непродолжительным.
После помолвки невеста, цветущая молодая девушка, стала 1 Цит. по статье П. А. С а д и к о в а «Царь и опричник». — Сб. «Века»,
т. 1. Пгр., 1924, стр. 60. 2 В 1570 г. опричные писцы произвели по всей стране перепись дво¬
рянских девок-невест, отобрали 2000 самых здоровых и красивых из них
и свезли их в Слободу. Из 2000 невест царь выбрал сначала 24, а затем
12 девиц. «И о девицах, — говорилось в соборном приговоре 1572 г.,—
много испытанию бывшу, потом же надолзе времяни избра себе невесту,
дщерь Василия Собакина». (ААЭ, т. 1, № 284, стр. 329; см. также Посла¬
ние Таубе и Крузе, стр. 55; Г. Штаден. Записки, стр. 95). 26 июня
1571 г. царь объявил о своей помолвке с Собакиной. В тот же день со¬
стоялась помолвка наследника престола царевича Ивана с Е. Б. Сабу-
ровой-Вислоухой. Собакины были коломенскими дворянами, Вислоухие —
псковскими помещиками. Ни те, ни другие не принадлежали к высшей
знати и не были до того в Боярской думе. 3 Разряды, лл. 372 об., 373 об. 4 Как отметил В. Б. Кобрин, после смерти Малюты царь пожертвовал
на помин его души огромный денежный вклад в 150 рублей, больший,
чем по собственным дочерям Анне и Марье, по брату Юрию, по царице
Марфе. (См. В. Б. Кобрин. Состав опричного Двора, стр. 24). Чтобы
объяснить особые отношения между Скуратовым и Грозным, В. Б. Кобрин
выдвинул гипотезу о том, что «может быть, Бельские — бывшие холопы
московских князей». (Там же). Однако холопство Бельских никак не
объясняет ни крупные пожертвования царя на Малюту, ни стремление са¬
мых знатных родов (например, Шуйских) породниться с семьей Скура¬
това спустя много лет после его смерти. Нам представляется, что все эти
факты можно объяснить родством Малюты’с царской семьей. 141