Шатапатха-брахмана: книга I; книга X (фрагмент)

Шатапатха-брахмана: книга I; книга X (фрагмент) / перевод, вступ. статья и примеч. В.Н. Романова. —М.: Вост. лит., 2009. — 383 с.

OCR
тельно, связать указанное восхваление с книгой XIII «Шатапатха-брахманы», где среди прочего разговор ведется также о торжественном
обряде приношения в жертву окропленного коня.
Для сомнений, казалось бы, уже и места никакого не остается, но
они тем не менее сразу же возникают, как только задаешься вроде бы
странными на первый взгляд вопросами: а так ли уж неуместно «восхваление ашвамедхи» в конце десятой книги Мадхъяндина-рецеязии
«Шатапатха-брахманы» и в действительности ли это лишь восхваление и только1 5? Странным, однако, это не покажется, если мы, как
и раньше, будем исходить в своем анализе из презумпции виновности
составителей текстов — их несомненной виновности в том, что тексты
приобрели у них именно тот вид, в каком они реально состоялись
и закрепились в исходной для них традиции. И в таком случае мы
просто обязаны будем предположить, что имелись какие-то скрытые
мотивы, которые приводили к тому, что один и тот же пассаж мог самым естественным (но уже не для нас, а для составителей) образом
встраиваться то в конец десятой книги Мадхъяндина-рецензии «Шатапатха-брахманы», то в начало Ашвшг-рецензии «Брихадараньякаупанишады».
Подробное и предметное исследование мотивов, обусловливавших
эту странную, казалось бы, вариативность, предлагается вниманию
читателя в соответствующих частях комментария к переводу ШБр
Х.6.4 и Х.6.5. Поэтому здесь, чтобы лишний раз не повторяться, ограничусь одним только формулированием важнейших его результатов,
прямо касающихся как общей смысловой направленности указанного
пассажа, так и конкретного значения ключевого в данном контексте
слова агка. Проведенное исследование показало, что:
— в десятой книге «Шатапатха-брахманы», где годичный обряд
сооружения из особых кирпичей алтаря {agnicayana) последовательно
135

Аналогичный вопрос (хотя бы по соображениям симметрии) следовало бы, разумеется, задать и в отношении «Чхандогья-упанишады», которая, по утверждению
Рену, начинается с восхваления удгитхи. Судя, однако, по первым же словам ее текста:
от ity etad aksaram udgltham upasita, от iti hy udgayati
tasyopavyakhaynam
(ЧхУп 1.1.1), — речь в ней далее идет вовсе не о восхвалении удгитхи, а об обосновании и объяснении с самого начала предписываемой ею особой процедуры медитации
(upasana) на удгитху с использованием священного слога Ом; ср. перевод А.Я. Сыркина:
«Ом — как [почитают] этот слог, так следует почитать удгитху, ибо [начиная со слога]
Ом поют удгитху. Вот объяснение этому...». В связи с предложенным А.Я. Сыркиным
переводом следует только обратить внимание на то, что здесь, как и во всех остальных
случаях, технический (в упанишадах) глагол upas переводится им неопределенным «почитать», однако само почитание совершенно определенно и, по моему мнению, совершенно справедливо понимается им как действие, относящееся к сфере внутренней обрядности, имеющей медитативный характер (см.: Сыркин А.Я. Некоторые проблемы изучения упанишад. М., 1971, с. 148-149, 216).

84