Шатапатха-брахмана: книга I; книга X (фрагмент)

Шатапатха-брахмана: книга I; книга X (фрагмент) / перевод, вступ. статья и примеч. В.Н. Романова. —М.: Вост. лит., 2009. — 383 с.

OCR
мнительной интерпретации завершающая ШБр X 6 3 2 фраза, призванная будто бы подвести черту под разговором об агничаяне, — является отправным пунктом всех его последующих рассуждений Оно
же кладется им в основу и второй его обзорной статьи, посвященной
общей проблеме перехода от текстов брахман к текстам араньякского,
а затем и упанишадского типа133
В ней, когда разговор опять заходит о /&шешг-рецензии «Брихадараньяка-упанишады», Л Рену, возвращаясь к исходному и основополагающему для него тезису, вновь пишет «Начало произведения —
с его прославлением жертвенного коня, растения агка и с последующей затем темой смерти — всем своим видом напоминает начало
аранъяки Без сомнения, это было начало араньяки Ваджасанеинов, из
которой мало-помалу, начиная со второй главы, стали проступать темы упанишады Эта араньяка, которая заканчивалась спекуляциями
араньякского типа по поводу ашвамедхи, арки и смерти, очень точно
связывается с книгой XIII «Шатапатха-брахманы» — более удовлетворительного сцепления невозможно себе представить»134
Здесь мы прервем цитирование, поскольку все дальнейшие многоходовые (и, надо прямо сказать, чисто спекулятивные) построения
исследователя покоятся в основном именно на этом его исходном
утверждении Поначалу оно выглядит достаточно мотивированным
и логичным Ведь книги шандильева цикла (ШБр VI-X) действительно посвящены одной лишь процедуре сооружения агни-алтаря {agniсауапа), а потому нам кажется вполне естественным отделить так называемое восхваление ашвамедхи от описания агничаяны и, замени133
Renou L Le Passage des Brahmana aux Upamsad — Renou L Choix d'Etudes Indiennes Т И Р , 1997, с 901-907
134
Там же, с 903 Если сопоставить данное высказывание Л Рену с приведенной
выше цитатой по поводу упанишадского характера конца ШБр X нетрудно заметить
что здесь исследователь несколько видоизменяет трактовку имевших место событий,
а вместе с тем и свою позицию в определении жанровой принадлежности анализируемых частей брахманического текста в первом случае он говорит, положим, о типично
упанишадском характере всего пассажа, завершающего десятую книгу Мадхъяндинарецензии «Шатапатха-брахманы» (X 6 4 и 5), а во втором тот же самый пассаж, только
транспонированный в начало /&швмя-рецензии «Брихадараньяка-упанишады», расце
нивается им уже как напоминающий всем своим видом аранъяку Расхождение в дан
ном конкретном случае не столь уж для нас и существенно, тем не менее оно представляется здесь весьма примечательным — но только в том смысле, что не эксплицируемое исследователем лекало, которое он использует для кройки гипотетического текста
упанишады, меняя по мере надобности свои очертания, оказывается на практике инструментом мало пригодным, чтобы отвечать своему прямому функциональному предназначению, т е воплощать четкие критерии, которыми следует руководствоваться для
различения и разведения двух типов указанных текстов (если, разумеется, в подобном
разведении есть вообще какой-то смысл, когда дело все-таки касается конца поздневе
дийского периода, об этом см ниже)

83