Альпинизм

«Гвоздь» на конце веревки

Содержание

1. «ЛИЧНЫЕ СЧЕТЫ»

2. ЧТО МОЖНО СДЕЛАТЬ?

3. «ГВОЗДЬ» НА КОНЦЕ ВЕРЕВКИ

4. АВАРИИ ИЗ-ЗА ОТСУТСТВИЯ УЗЛА НА КОНЦЕ ВЕРЕВКИ

5. ЗАКЛЮЧЕНИЕ

OCR
Я еще хорошо слышу голос Лю на самом верху. А стук моего молотка наверняка взлетает к
звездам.
- Нет, из меня ориентировщик никакой! - доносится до меня ее голос и смех. - Пошла к нашим
вещам и... не нашла! Хорошо, что слышно, как вы стучите...
- Надо все время налево, вот тут в пяти метрах, - объясняет Глеб и снова шуршит листьями.
А я спускаюсь. Справа остается уютная полочка - выход "штанины", что начинается с самого верха в
северном углу. Это возможный вариант для второй нитки. Слева хвостик запятой пока и не думает
расширяться, хотя внизу все как-то очень значительно темнеет, переходя в колокол.
В этом хвостике есть окошко. В прошлый раз я бросил в него камень, и услышал, как он гремел
потом в основном отвесе. А на имеющейся у нас схеме это пунктир с вопросиком...
От первого крюка прошел совсем немного, но мне уже очень хочется уйти еще дальше в хвостик,
спрятать трассу поглубже. Противоположная входу западная стена тут все еще близко, так что мне
удается распереться между скалами.
Звон молотка.
- Через каждые 5 метров крюк? - говорит сверху Глеб. Он уже рядом с первым крюком, ждет, когда
освободится веревка.
- Надо уйти от камней, пока возможно...
От второго крюка веревка снова идет чисто. И чем глубже, тем "чище"! Запятая все расширяется, и
постепенно все больше уходят от меня ее стены. Достать-то до них я пока достаю, но и только.
А внизу-у-у... Вах! Подо мной солидные объемы. Очень надо сделать еще одну тактическую точку.
Очень! Вот здесь, где хвостик все еще четко выражен, ко мне выпирает заметный выступ скалы, и до
него все еще можно дотянуться. Останавливаюсь, фиксирую рэк и подтягиваюсь к восточной стене.
Оба-на, а стенки-то рыхлые. Камень выламывается из глины и гулко грохочет где-то внизу. Меня
относит от стены маятником, но я снова достаю, подтягиваюсь...
Бли-ин... Я забыл наверху свой скай-хук! Свой "небесный палец", стальной крючок, без которого
лидер навески просто челнок, плывущий по течению стен. В 107-метровом колодце Пантюхинской я и не
смог уйти влево так далеко, как тот француз передо мной. Потому что у него было два скай-хука, а у
меня - один.
- Это все ты! - говорю я Глебу. - Через пять метров, через пять метров... Сглазил. Вот теперь
походим по большому пролету...
Ну, что делать? Чтобы бить точку, нужны две руки, а третьей надо держаться за стену.
- Глеб, а не мог бы ты подняться и принести мой скай-хук? Он в клапане рюкзака.
- А надо?
- Надо. Тебе пока всего одна перестежка. Заодно опробуешь систему.
Чувствую, как скрипит сердце Глеба, но он перестегивается на подъем. А мне что делать? Висеть и
ждать? Лучше посмотрю, как там дальше. Подняться-то потом не проблема. Что такое 60 метров?
И я начинаю медленно скользить вниз, поворачиваясь вокруг веревки и с любопытством
осматриваясь. Ну, хоть какая-нибудь каверночка, выступ, что-нибудь! Как бы не так... Вокруг идеально
полированные стены, и они все дальше от меня.
Неожиданная мысль холодной сталью входит под сердце. Именно такое чувство...
Лю укладывала веревки в мешок. Она не завязывала на их концах узлы. Она не знала, что их надо
завязать, а я не сказал... И вот сейчас в мой рэк скользит веревка, явно не достающая до дна. И очень
не достающая!
Я знаю это так точно, будто вижу через мешок эту ловушку.
Да ведь я видел, что веревки лежат на траве без узлов. Память интуитивно зафиксировала
опасность, но я был занят чем-то и не среагировал. Не среагировал, но запомнил. И вот сейчас...
Вовремя!
В груди пусто и холодно. Не страшно, нет. Пусто и холодно. А если выразить цветом - серо, с
мертвенно белой полосой посередине - вертикальным мазком в бездну...
Зависаю, размеренно выбираю веревку из мешка, метр за метром. Много еще осталось... Вот и
конец. Серо и холодно смотрю на его оборванную черту.
21