Miscellanea Orientalia Christiana. Восточнохристианское разнообразие

Miscellanea Orientalia Christiana. Восточнохристианское разнообразие / Российский государственный гуманитарный университет, Институт восточных культур и античности ; Ruhr-Universität Bochum, Seminar für Orientalistik und Islamwissenschaft ; ред. Н.Н. Селезнев, Ю.Н. Аржанов. Москва : ИВКА РГГУ, Пробел-2000, 2014. -- ISBN 978-5-98604-419-4

Содержание

Miscellanea Orientalia Christiana

От редакторов

SYRIACA

CAUCASIANA

COPTICA ET AETHIOPICA

TURCICA

ARABICA

Об авторах

Содержание

Inhaltsverzeichnis

OCR
326
Miscellanea Orientalia Christiana
Александр Трейгер
всех вариантах текста, кроме T и P3, как «Пример Иисуса сына
Марии подобен Адаму»). Иными словами, автор кипрского
«Послания» всячески стремится показать, что от остальных
людей Иисус отличается лишь бессеменным зачатием, но и в
этом смысле Иисус не уникален, ибо таким же «бессеменным»
было и происхождение Адама. Для автора «Послания христи-
ан Кипра» Иисус как человек совершенно тварен и смертен,
хотя Он и пребывает в единстве с Богом Словом. Столь явный
акцент на «тварности» Иисуса характеризует нашего автора
как приверженца несторианской христологии. Ни халкидони-
ты (мелькиты), ни миафиситы (яковиты), вне всякого сомне-
ния, не стали бы столь решительно подчеркивать «тварность»
Иисуса, поскольку для них Иисус не просто пребывает в един-
стве с Богом Словом, но есть Само Воплощенное Слово Бо-
жие, и потому не может, даже в Воплощении, рассматриваться
безоговорочно как творение, в отрыве от Своей идентичности
как Слова Божия.
Не случайно и то, что в полемическом произведении, адре-
сованном мусульманам, кипрский автор столь явно подчерки-
вает «тварность» Иисуса. Именно несториане всегда подчер-
кивали, что, в противоположность христологии их оппонен-
тов -- яковитов и мелькитов, -- их христология наиболее «ло-
гична» и, кроме того, не вступает в противоречие с мусульман-
скими представлениями о Христе, поскольку одни только не-
сториане безоговорочно признают как «тварность» Иисуса как
человека, так и бесстрастность божества (отсюда неприятие
таких теопасхитских выражений как «Бог Слово родился»,
«Бог Слово умер на кресте», «Богородица» и т.п.)1.
Подобная аргументация использовалась с самого возник-
новения ислама. Аллюзии такого рода встречаются уже в од-
ном из посланий католикоса Церкви Востока шōʿйава III
(ум. 659)2. Веком позже, ей следует католикос-патриарх
1 Pinggéra, K., Konfessionale Rivalitäten in der Auseinandersetzung mit dem Islam:
Beispiele aus der ostsyrischen Literatur // Der Islam 88 (2012), S. 51--72.
2 См. его 48-е послание: по характеристике Г. Тойле, «самый ранний вос-
точносирийский текст, в котором утверждается, что несторианская христо-
логия более совместима с мусульманскими представлениями о Христе, не-
жели учение миафиситов» -- Teule, H. G. B., Ishoʿyahb III of Adiabene //