XXI век

Хождение в Святую землю московского священника Иоанна Лукьянова. 1701–1703

Хождение в Святую землю московского священника Иоанна Лукьянова. 1701–1703 / изд. подготовили Л. А. Ольшевская, А. А. Решетова, С. Н. Травников; отв. ред. А. С. Дёмин. -М.:Наука, 2008

Описание путешествия в Константинополь, Египет и Иерусалим, совершенного в 1701–1703 гг. московским священником, который после возвращения на родину стал одним из руководителей старообрядчества – ценный исторический источник петровского времени и оригинальный литературный памятник, развивающий традиции школы протопопа Аввакума. Дан текст трех редакций «Хождения», статьи об историко-литературном процессе конца XVI–XVIII вв.

Содержание

Хождение в Святую землю московского священника Иоанна Лукьянова. 1701–1703 - 2008

ТЕКСТЫ

ДОПОЛНЕНИЯ

ПРИЛОЖЕНИЯ

СОДЕРЖАНИЕ

Обложка

Суперобложка

OCR
472
Л.А. Ольшевская, С.Η. Травников
ций, которые развиваются в наивно-реалистические бытовые картины105.
В Яссах путешественники остановились в Никольском монастыре, игумен
которого прислал им три хлеба на пропитание. Этот факт заставляет
вспомнить знаменитое чудо Христа, накормившего пятью хлебами несколько
тысяч голодных. Однако в путевых записках Лукьянова чуда не происходит:
три хлеба для артели паломников становятся мерилом человеческой
жадности и религиозного ханжества. Понятно, почему портрет игумена монастыря
выполнен писателем в резко негативном тоне:
А когда мы възъѣхали на монастырь, а игуменъ сидит передъ кельею
своею да тюменъ тянетъ. И я когда увидѣл, что онъ тюменъ тянетъ, и
зѣло бысть мне ужасно: что, молъ, ето уже свѣту переставления, для
того что етому чину необычно и страмно табакъ пить (л. 12 об.).
Библеизмы помогают писателю в создании емких и ярких характеристик
героев "Хождения". В Орле паломники остановились у старообрядца Нила
Басова, который, по словам Лукьянова, принял их якоже Авраам
Странноприимец, Евангельские мотивы в путевых очерках могут использоваться
автором не только для поэтизации, "освящения" какого-то жизненного
явления, но также для создания сатирического эффекта, который возникает при
столкновении "высокого" прошлого и "низкого" настоящего христианской
церкви. По Евангелию от Иоанна (13, 14-15), Христос, омывая ноги
ученикам, сказал: "Аще убо аз умых ваши нозе, господь и учитель, и вы должны
есте друг другу умывати нозе. Образ бо дах вам, да яко же аз сотворих вам,
и вы творити". Греческое духовенство сделало из этого обряда доходное
предприятие. Лукьянов не без иронии рассказывает:
[иерусалимские монахи], воставъ изъ-за трапезы, трапезу заперли, не
пустили вонъ богомолцовъ, стали ноги умывать. А за умыванья брали
съ нарочитыхъ по семи, по пяти и по восми червонныхъ, а со убогихъ -
по пяти талерей. И тако умывъ ноги и обравъ гроши, отварили двери и
выпустили вонъ (л. 46).
Религиозное действо, сопровождавшееся сбором денег и оскорблением
паломников, не располагавших требуемой суммой, стало привычным
атрибутом жизни восточной церкви, свидетельством ее нравственного упадка.
Писатель-старообрядец часто цитирует Евангелие и Псалтирь106, причем
принципы и способы цитирования своеобразны, необычны для литературы
начала XVIII в. Иоанн Лукьянов обращается к тексту Священного Писания
больше не как богослов-дидакт, а как художник с целью "живописания"
105 См.: Виноградов В.В. О языке художественной прозы. М., 1980. С. 15-17.
106 Известно, что Иоанн Лукьянов возил с собой в Иерусалим Новый Завет Острожской
печати - книгу, которую подарили ему в Нежине калужские купцы.