XXI век

Хождение в Святую землю московского священника Иоанна Лукьянова. 1701–1703

Хождение в Святую землю московского священника Иоанна Лукьянова. 1701–1703 / изд. подготовили Л. А. Ольшевская, А. А. Решетова, С. Н. Травников; отв. ред. А. С. Дёмин. -М.:Наука, 2008

Описание путешествия в Константинополь, Египет и Иерусалим, совершенного в 1701–1703 гг. московским священником, который после возвращения на родину стал одним из руководителей старообрядчества – ценный исторический источник петровского времени и оригинальный литературный памятник, развивающий традиции школы протопопа Аввакума. Дан текст трех редакций «Хождения», статьи об историко-литературном процессе конца XVI–XVIII вв.

Содержание

Хождение в Святую землю московского священника Иоанна Лукьянова. 1701–1703 - 2008

ТЕКСТЫ

ДОПОЛНЕНИЯ

ПРИЛОЖЕНИЯ

СОДЕРЖАНИЕ

Обложка

Суперобложка

OCR
444
Л Л. Ольшевская, С.Η. Травников
В "Хождении" Лукьянова подробные описания, а следовательно -
замедление художественного времени, связаны с остановками паломника в трех
крупных городах: в Киеве, Константинополе и Иерусалиме. Причем
время описания святынь Киева и время описаний христианских центров
Востока примерно равно, что является результатом сознательной установки
писателя на возвышение авторитета русской церкви, культуры и
государственности.
Монологическое и диалогическое время стало появляться в путевых
записках с XVII в. в связи с усилением внимания писателя к человеческой
личности, неповторимой, сложной и внутренне противоречивой. Обычно оно
возникает при описании критических минут в жизни путешественника, в
сценах словесных прений на важную для писателя тему. Диалогическое время в
споре Лукьянова с патриархом Каллиником и монологическое время
размышления паломника о падении нравов в восточной церкви, конечно, не
тождественны времени реального диалога и внутреннего монолога, ибо при
передаче их автор опускает детали, подробности, побочно возникавшие
мысли и чувства, прибегает к приему художественного обобщения жизненного
явления. В "Хождении" Лукьянова видна тенденция к росту субъективного
начала в восприятии героями хода времени. В Иоппии истосковавшиеся по
родине паломники тщетно ждут корабля:
А жили мы тутъ на пристани двѣ недѣли, а пущи намъ года стала. Зѣло
печально и уныливо было! (л. 64).
Иоанн Лукьянов, путешествуя по странам Европы и Ближнего Востока,
как бы пронизывал временные системы, существующие в разных
государствах. Для паломника местное время - явление необычное, странное, ибо
привычное и правильное для него время России. В "Хождении" Лукьянова
нашли отражение особенности местного времени Украины, Польши, Приду-
найских княжеств, различных регионов Турецкой империи. Русский
путешественник отмечал, что в ЦарЪградЪ лЪтнЪе время нощь - 8 часовъ, а день -
16 часовъ, что турки ведут счет времени по движению планет:
У турокъ болшой праздникъ бываетъ послѣ Георгиева дни. Мѣсяцъ
весь постятся: какъ увидятъ мѣсяцъ молодой, такъ у нихъ постъ наста-
нетъ. Α мѣсяцъ пройдетъ да когда молодой увидятъ, тогда у нихъ
праздникъ три дни бываетъ" (л. 24 об.).
Местное время воспринимается Лукьяновым как явление преходящее.
Турецкая империя возникла на развалинах христианской Византии, что
породило целый ряд сказаний и легенд о ее недолговечности. Разрушение одного
из столпов Константинополя турки восприняли как предзнаменование -уже-
де хощетъ Богъ сие царство у насъ отнять да иному царю христианскому
предать - сами, милые, пророчествуютъ неволею (л. 21 об.). Писатель-