XXI век

Хождение в Святую землю московского священника Иоанна Лукьянова. 1701–1703

Хождение в Святую землю московского священника Иоанна Лукьянова. 1701–1703 / изд. подготовили Л. А. Ольшевская, А. А. Решетова, С. Н. Травников; отв. ред. А. С. Дёмин. -М.:Наука, 2008

Описание путешествия в Константинополь, Египет и Иерусалим, совершенного в 1701–1703 гг. московским священником, который после возвращения на родину стал одним из руководителей старообрядчества – ценный исторический источник петровского времени и оригинальный литературный памятник, развивающий традиции школы протопопа Аввакума. Дан текст трех редакций «Хождения», статьи об историко-литературном процессе конца XVI–XVIII вв.

Содержание

Хождение в Святую землю московского священника Иоанна Лукьянова. 1701–1703 - 2008

ТЕКСТЫ

ДОПОЛНЕНИЯ

ПРИЛОЖЕНИЯ

СОДЕРЖАНИЕ

Обложка

Суперобложка

OCR
324
Тексты
хомся въ монастырь. И приидохомъ въ церковь, а въ церкви уже
поютъ славословие великое. И отпѣли утреню, и тако поидохомъ
въ келий свои. Потомъ пошли да литургии, отпѣли литоргию,
вышли изъ церкви, пошли всѣ до винной палаты. Тутъ всѣмъ подъ-
носили раки по финжалу, а по-руски горѣлка. Таковъ въ томъ
монастыри уставъ: послѣ обѣдни всѣ старцы вышедъ изъ церкви
да и пойдутъ пить горѣлку, а винной старецъ подноситъ всякому
человѣку по финжалу. У грекъ незазорно пить горѣлку, они все на
тоща сердце пъютъ по финжалу. Хошъ кто церковнаго не пъетъ,
а горѣлку пъетъ. Тотъ у нихъ въ чести, кто вина церковнаго не
пъетъ. И тако поидохомъ до келий своей.
По времени же позваша насъ за трапезу и такоже
по-прежнему насъ удоволиша всѣмъ, брашномъ и виномъ. Воставъ изъ-за
трапезы, трапезу заперли, не пустили вонъ богомолцовъ, стали
ноги умывать. А за умыванья брали съ нарочитыхъ по семи, по
пяти и по восми червонныхъ, а со убогихъ - по пяти талерей. И тако
умывъ ноги и обравъ гроши, отварили двери и выпустили вонъ.
И переночевавъ ночь, утре, на первомъ часу дни, привели къ
монастырю арапы коней. Къ намъ же пришедъ чорной попъ Да-
рафей, да старецъ-арапъ возвѣстилъ всѣмъ, чтобы шли въ Виф-
леемъ. Мы же стали сбиратися. И вышли за градския врата Лид-
ския, и тутъ всѣ збирались. Тогда стали коней разбирать, а иже
пѣши шли, а арапы сильно сожаютъ на кони, хошъ кто не хощетъ.
Мы же шли пѣши, для того что они, сабаки, сильно извозомь гра-
бятъ: на десять верстъ полтина станетъ извозу. И когда сожида-
лись всѣ, такъ и пошли къ Вифлеему.
И тутъ на пути на левой сторонѣ минухомъ монастырь Свята-
го пророка Илии, гдѣ попалилъ огнемъ пятьдесятницу. Тотъ
монастырь от Иерусалима версты с три мѣрныхъ будетъ*. Да тутъ
же на другой странѣ дороги на правой рукѣ, какъ въ Вифлѣемъ
идешъ, противъ монастыря лежитъ камень великой, а на немъ
спалъ Илиа Пророкъ. И какъ онъ на камени лежалъ, такъ про-
рокъ весь изобразися; все знать: гдѣ лежала глава, гдѣ ноги, гдѣ
спина - что воскъ, вообразилась. А надъ тѣмъ каменемъ стоитъ
древо масличное. И богомолцы то древо и тотъ камень лобзали
л. 46 об. всѣ; и мы, грѣшнии, и камень // брали на благословение, и древа
ломали вѣтвие. И мало отидохомъ, якобы съ версту, тутъ стоитъ
гробъ Рахилин, матере Иосифа Прекраснаго. Когда она на пути
умерла, тутъ погребена бысть.
Мы же мало еще поидохомъ от тово гроба Рахилина, на долу
стоит древо масличное. А сказоваютъ про то древо: когда
Пресвятая Богородица бѣжала во Египетъ от Ирода-царя, такъ же под