XXI век

Хождение в Святую землю московского священника Иоанна Лукьянова. 1701–1703

Хождение в Святую землю московского священника Иоанна Лукьянова. 1701–1703 / изд. подготовили Л. А. Ольшевская, А. А. Решетова, С. Н. Травников; отв. ред. А. С. Дёмин. -М.:Наука, 2008

Описание путешествия в Константинополь, Египет и Иерусалим, совершенного в 1701–1703 гг. московским священником, который после возвращения на родину стал одним из руководителей старообрядчества – ценный исторический источник петровского времени и оригинальный литературный памятник, развивающий традиции школы протопопа Аввакума. Дан текст трех редакций «Хождения», статьи об историко-литературном процессе конца XVI–XVIII вв.

Содержание

Хождение в Святую землю московского священника Иоанна Лукьянова. 1701–1703 - 2008

ТЕКСТЫ

ДОПОЛНЕНИЯ

ПРИЛОЖЕНИЯ

СОДЕРЖАНИЕ

Обложка

Суперобложка

OCR
Третья редакция
285
Въ Царѣградѣ шолкъ родится. Въ Царѣградѣ всякия парчи
турки сами ткутъ: комки, отласы, бархаты, тафты и всячину -
и красятъ всякие парчи всякими разными краски. А всякия товары
въ Царѣградѣ дороги, хошъ много, для того дороги, что расходу
много: пышно ходятъ, не увидишъ по-московски в овчинныхъ шу-
бахъ или въ сермяжныхъ кафтанахъ; а у нихъ всѣ ходятъ въ
цвѣтномъ, въ чомъ самъ, въ таком и слуга; толко сказываютъ,
что нынѣ-де турки оскудали передъ прежнимъ. Въ Царѣградѣ на
всякъ день, кажется, сто кораблей прийдетъ съ товаромъ, а другая
сто прочь пойдетъ за товаромъ на Бѣлое море и на Черное.
Часто мы гулявали на катаргахъ, гдѣ наши миленкия нево-
лъники. А на которую катаргу не приидешъ, какъ пойдешъ по ка-
тарги, такъ иной руку цѣлуетъ, иной полу - таковы миленкие
ради. Какъ есть во адѣ сидятъ! Всякъ къ себѣ тянетъ, подъчюютъ
хлѣбомъ-солью, виномъ церковнымъ. Осядутъ тебя въкругъ че-
ловѣкъ пятьдесятъ да спрашивают, что вѣстей на Москвѣ, въ ук-
раинскихъ городѣхъ, да говорятъ: "Для чево-де государь съ тур-
комъ замирился? Турокъ-де зѣло уторопѣлъ от Москвы". А сами,
миленкия, плачютъ: "Кажется, не видать-де тѣхъ дней, кабы де
сюда государь пришолъ. Дай-де, Господи!" А то государя-та въ
Царьградъ желаютъ всѣ, что Бога. Какъ пророки Христова
ждали сошествия во адъ, такъ-та государя.
А на иную катаргу приидешъ, такъ на Емельяна Укараинцова
пѣняютъ: "Съ туркомъ-де замирился, а насъ-де для чего не свобо-
дилъ? Мы-де за него, государя, умирали и кровь свою проливали,
а теперево-де неволю терпимъ!" Да кричатъ лихоманы, не опаса-
ючи, во весь голосъ; а турки почти всѣ руской языкъ знаютъ, такъ
мы опасаемся; а имъ даромъ, а иныя забытыя головы. А турки
вездѣ подслушиваютъ. А мы уже имъ говоримъ: "Потерпите,
молъ, Господа ради! Какъ прийдетъ время, Богъ васъ свободитъ!"
А они, миленкия, говорятъ: "Ой де, отче, терпѣли, да уже и
терпѣния не стала; хоча бы де и камень, от такова насилия инъ бы
де разсѣлся!" Иной скажетъ: "Я-де на каторгѣ сорокъ лѣтъ";
иной: "Тритцать"; иной: "Дватцать". Толко ужасъ от ихъ басенъ:
тово и глядишъ, какъ тутъ же и тебя турки свяжутъ. Ты имъ гово-
л. 24 об. ришъ: "Господа ради, поискуснѣя говорите, намъ от васъ будет II
бѣдство; уже, молъ, опять къ вамъ не приидемъ". А они турокъ
бронятъ, да они ихъ не боятся. А на всякой лопатѣ человѣкъ по
пяти, по шти прикованы; гдѣ сидить, тут и спитъ, тутъ и проходъ
пущаетъ. Уже на свѣтѣ такия нужды нелъзя болши быть! Тер-
пятъ миленкия, а вѣры христианской въ поругание не предаютъ.
Дай имъ Богъ за сие страдание царство небесное! А когда пой-