XXI век

Хождение в Святую землю московского священника Иоанна Лукьянова. 1701–1703

Хождение в Святую землю московского священника Иоанна Лукьянова. 1701–1703 / изд. подготовили Л. А. Ольшевская, А. А. Решетова, С. Н. Травников; отв. ред. А. С. Дёмин. -М.:Наука, 2008

Описание путешествия в Константинополь, Египет и Иерусалим, совершенного в 1701–1703 гг. московским священником, который после возвращения на родину стал одним из руководителей старообрядчества – ценный исторический источник петровского времени и оригинальный литературный памятник, развивающий традиции школы протопопа Аввакума. Дан текст трех редакций «Хождения», статьи об историко-литературном процессе конца XVI–XVIII вв.

Содержание

Хождение в Святую землю московского священника Иоанна Лукьянова. 1701–1703 - 2008

ТЕКСТЫ

ДОПОЛНЕНИЯ

ПРИЛОЖЕНИЯ

СОДЕРЖАНИЕ

Обложка

Суперобложка

OCR
274
Тексты
И повезъ насъ Корнильюшка къ патриаршему двору. И
вылезши изъ каика мы съ нимъ двоя, а прочия братиа - въ каику, да и
пошли на патриаршовъ дворъ. И толмачь спрасилъ у старца:
"Гдѣ-де патриархъ?" И старецъ сказалъ, что де патриархъ сидить
на выходѣ на крылцѣ. И мы пришли предъ нево да поклонились.
И патриархъ спросилъ у толмоча: "Что-де ето за калугеръ? Отку-
дова и зачемъ пришолъ?" И толмачь сказалъ: "Онъ-де съ Москвы,
а идетъ во Иерусалимъ". Потомъ я ему листъ подалъ, такъ онъ
листъ въ руки взялъ, а честь не умѣетъ, толко на гербъ долго
смотрѣлъ да и опять отдалъ мнѣ листъ. Потомъ спросилъ у
толмоча: "Чево-де от мене хочетъ онъ?" И ему помнилося, что я
пришолъ къ нему денегъ просить. И толмачь ему сказалъ: "Деспото
огия, онъ-де ничего от тебя не требуетъ, толко де у тебе проситъ
кельи пожить, дакуда пойдетъ во Иерусалимъ, - такъ о том
милости проситъ. Онъ-де человѣкъ странной, языка не знаетъ, знати
нѣтъ, главы приклонить не знаетъ гдѣ, а ты-де здѣ христианомъ
начало. Кромѣ тебе, кому ево помиловать? Ты-де вѣть отецъ здѣ
всѣмъ нарицаешся, такъ де ты пожалуй ему кѣлью на малое
время". И патриархъ толмачю отвѣщалъ: "А что-де онъ мнѣ подар-
ковъ привезъ?" И толмачь сказалъ ему: "Я-де тово не знаю; есть
ли у нево подарки, нѣтъ ли - тово-де я не вѣдаю". И патриархъ
толмачю велѣлъ у мене спросить: "Будетъ-де подарки есть у него,
такъ дамъ-де ему кѣлью".
И патриарховы рѣчи толмачь сказалъ мнѣ все. И такъ стало
мнѣ горько и стыдно, а самъ, стоя, думаю: "Не с ума ли, малъ, онъ
сшолъ, на подарки-та напалъся? Люди всѣ прохарчились, а дорога
л. 18 об. еще безконечная!" И тако я долго отвѣту // ему не далъ: что ему
говорить, не знаю. А дале от горести лопонулъ, есть что не
искусно, да быть такъ: "Никакъ, малъ, онъ пъянъ, вашъ патриарха-тъ?
Вѣдаетъ ли онъ и самъ, что говарить? Знать, молъ, ему ѣсть не-
чево, что уже съ мене, страннаго и съ убогова человѣка, да подар-
ковъ проситъ. Гдѣ бола ему насъ, странныхъ, призрить, а онъ и
послѣднея съ насъ хочетъ содрать! Правались, малъ, онъ, окаян-
ны, и съ кѣльею! У нашего, малъ, патриарха и придверники такъ
искуснѣя тово просятъ! А то етокому стараму шетуну какъ не со-
рамъ просить-та подарковъ! Знать, малъ, у него пропасти-та мала;
умретъ, малъ, такъ и то пропадетъ!"
И толмачь мене унимаетъ: "Полно-де, отче, тутъ-де греки
иныя руской языкъ знают". И я ему молвилъ: "Говари, малъ, мои
ему рѣчи!" И патриархъ зардился; видить, что толмачь мене
унимаетъ, такъ у толмоча спрашиваетъ: "Что-де онъ говорить?"
И толмачь-де молвилъ: "Такъ, деспота, свои-де рѣчи говорить, не