XXI век

Хождение в Святую землю московского священника Иоанна Лукьянова. 1701–1703

Хождение в Святую землю московского священника Иоанна Лукьянова. 1701–1703 / изд. подготовили Л. А. Ольшевская, А. А. Решетова, С. Н. Травников; отв. ред. А. С. Дёмин. -М.:Наука, 2008

Описание путешествия в Константинополь, Египет и Иерусалим, совершенного в 1701–1703 гг. московским священником, который после возвращения на родину стал одним из руководителей старообрядчества – ценный исторический источник петровского времени и оригинальный литературный памятник, развивающий традиции школы протопопа Аввакума. Дан текст трех редакций «Хождения», статьи об историко-литературном процессе конца XVI–XVIII вв.

Содержание

Хождение в Святую землю московского священника Иоанна Лукьянова. 1701–1703 - 2008

ТЕКСТЫ

ДОПОЛНЕНИЯ

ПРИЛОЖЕНИЯ

СОДЕРЖАНИЕ

Обложка

Суперобложка

OCR
Третья редакция
253
ничего нѣтъ, земля голая. Нужда была великая: таковъ былъ
вѣтръ намъ противной, не токмо чтобы намъ лъзя было итти, и
лошади остоновливал, а людей все валилъ. Охъ, нужда, когда она
помянется, то уже горесть-ma, кажется, тутъ предстоитъ! Сидѣть
нелзя, лошади насилу по земли сани волокутъ, а насъ вѣтръ валя-
етъ. А станишъ за сани держатся, такъ лошедь остановишъ. Увы
да горе! Была та дорошка сладка, да, слава Богу, нынѣ уже забы-
л. 7. то! Едва мы // добихомся до Максимовой корчмы. Тутъ дали ко-
немъ отдохнуть, покормили, и сами хлѣба поѣли, да опять
побрѣли, а вѣтръ мало потишалъ. Едва съ великою нуждою до
Нежина доѣхали, коней зѣло умордовали, а сами такожде утоми-
лися, что сонные валяемся.
И когда мы вошли во градские ворота, тогда караулшики
стали насъ звать до воеводы. Мы же поидохомъ къ воеводѣ, и
воевода былъ нѣмчинъ. И воевода у насъ проѣжжую грамату досматри-
валъ и отпустилъ насъ съ миромъ. Мы же поидохомъ и обрѣто-
хомъ братию свою - колужанъ, купецкихъ людей, приѣхали къ
ярмонкѣ торговать - и стахомъ съ ними на одномъ дворѣ. И они,
миленкие, намъ ради, что сродницы. Спаси ихъ Богъ за ихъ
любовь! Да спаси Богъ Давыда Степановича! Тотъ-та, миленкой,
христианская-та душа-то, нами всячиною промышлялъ, и пекъся
нашимъ путемъ, и денги намъ обмѣнялъ (золотыя и талеры на
московские денги), и тѣлеги намъ покупал, и товарищевъ въ Царь-
градъ, грековъ, сыскалъ. А насъ, покудова мы жили въ Нѣжинѣ,
поилъ, и кормилъ, и денехъ на дорошку дал1 и маслица крынку, а
мнѣ далъ Новой Завѣтъ острожской печати. Спаси ево Богъ,
свѣта, и дружину ево! Онъ что у нихъ полковникъ, во всемъ его
слушаютъ. Спаси Богъ Галактионушка, Мосякина по прозванию,
доброй человѣкъ и Семенъ Григорьевичь Олферовъ - всѣ,
миленкие, нашим путемъ радѣли, что родныя братия. Тутъ мы и сани
продали.
Град Нѣжинъ на плоскомъ мѣстѣ; два города въ нем: одинъ
земляной, другой древянной; и великъ жильемъ, и строенье въ
немъ хорошо. Грекъ въ немъ много живутъ торговых людей. И
Давыдъ Степановичь съ дружиною своею проводил насъ2
поприща якобы три за градъ, и плакали они по насъ. Уже намъ от
братии нашея послѣднее такое провожание. И простихомся, и другъ
другу поклонихомся.
Генваря въ 27 день поидохом изъ Нѣжина къ преславному
граду Киеву рано, на первомъ часу дни. Была намъ нужда великая:
земля вся растворилася, такъ тяжко было лошадямъ и самимъ
нужно итти. И того дни едва съ великою нуждою доѣхали до кор-