XXI век

Хождение в Святую землю московского священника Иоанна Лукьянова. 1701–1703

Хождение в Святую землю московского священника Иоанна Лукьянова. 1701–1703 / изд. подготовили Л. А. Ольшевская, А. А. Решетова, С. Н. Травников; отв. ред. А. С. Дёмин. -М.:Наука, 2008

Описание путешествия в Константинополь, Египет и Иерусалим, совершенного в 1701–1703 гг. московским священником, который после возвращения на родину стал одним из руководителей старообрядчества – ценный исторический источник петровского времени и оригинальный литературный памятник, развивающий традиции школы протопопа Аввакума. Дан текст трех редакций «Хождения», статьи об историко-литературном процессе конца XVI–XVIII вв.

Содержание

Хождение в Святую землю московского священника Иоанна Лукьянова. 1701–1703 - 2008

ТЕКСТЫ

ДОПОЛНЕНИЯ

ПРИЛОЖЕНИЯ

СОДЕРЖАНИЕ

Обложка

Суперобложка

OCR
166
Тексты
столъ ставить ествы; что ествы не приспѣты были разныя - всѣ
несуть въдругъ, на столъ поставили. И игуменъ сталъ "Отче
нашъ" говорить сидя, и грѣки всѣ сидят. А я всталъ да гляжу: та
еще первоначалная ихъ игрушка! Такъ у меня голову стала
крутить от ихъ игрушакъ. А игуменъ меня сажаетъ: "У насъ-де не
встають". А когда мы стали есть, такъ грѣки не какъ русъкия: хто
что захотѣлъ, тот тую еству и есть. А я глежу, такъ игумен перед
л. 86 об. меня подкладываеть хлѣбъ // и рыбу; такъ и я сталъ есть.
И помалѣ началъ игуменъ у меня чрезъ толмача спрашивать:
"Есть ли де на Москвѣ етакая рыба? - да подложит кусъ да
другой. - Есть ли де етакая?" А я сидя да думаю: "Куда, молъ, греки-
та величавы! Мнять-то, что на Москвѣ-та и рыбы нѣтъ. А когда
бы рыба-та какая завистная, а то что наши пискари, акуни, голов-
ли и язи, да коракатицы с товариши, и раки с раковинами мясами,
и всякая движущаяся въ водахъ". Такъ я, сидя, сталъ про свои мо-
сковския рыбы хвастать, такь толмачь ему сталъ сказовать, такъ
л. 87. он нос-отъ повѣсилъ. А самъ // говорить: "Лжет-де, я-де вось
призову грека, кой-де на Москвѣ былъ, брюхо-то у него заболѣло".
Похвалился, да не у часъ, да не удолось.
Послалъ тово часу по грѣка, и грѣкъ пришолъ да тут же сѣлъ.
И сталъ у нево игуменъ спрашивать: "Так ли1 де московской калу-
геръ говорить, что етакия-де рыбы есть на Москвѣ, что де в Стан-
булѣ такихъ нѣтъ?" "Ета-де расплевка рыба, у «яс2-де убогия ету
рыбу мало едять!" - а я, су, и прихвасталъ кое-что. И грѣкъ смот-
рить на меня да смеется: "Что-де у васъ за прѣние стало о рыбѣ-
л. 87 об. то? Какая-де вамъ евтомъ нужъда спиратся?" И я ему молвилъ: //
"Мнѣ, молъ, нужи нѣ было, игуменъ у меня спросилъ: "Есть ли де
у васъ на Москвѣ етакия рыбы?" - такъ я ему сказалъ, что у насъ
етакия рыбы есть. И ты ему сказывай про наши рыбы, ты веть
знаешъ московския рыбы и всякой харчь предъ станбульскимъ".
И грѣкъ сталъ игумену сказывать, что есть. И игуменъ только
мнѣ молвилъ: "То добрѣ, су, станетца есть".
Помалу сталъ мнѣ говорить: "Для чево-де нѣ ежъ раковъ, и
мясъ, что в раковинахъ, и корокотицъ?" И я ему молвилъ:
"У насъ, молъ, ето гнусно, и обычая таковаго нѣтъ намъ есть,
л. 88. такъ, моль, мнѣ и смердить". // И онъ молвилъ: "Какъ-де хошъ,
а нам не зазирай: у насъ-де ето добро есть и безъгрѣшно".
И роспрашивали у меня греки про государя: "Для чево-де
государь замирился с турком? Чево-де ради он насъ из неволи и из
насилия не свобождаетъ, а онъ веть християнъской царь, и заветши
войну, да и замирился, да с ынымъ сталъ бится?" И я имъ сказалъ:
"Что петь вы приплетаете, а нашего царя еще и укоряете? Веть