Первые дни христианства. Часть 2-я

Фаррар Ф.В. Первые дни христианства. Часть 2. - С.Петербург, 1888

Содержание
OCR
ТОРЖЕСТВО ХРИСТІАНСТВА. 765 ментовъ. Только впослѣдствіи, когда сама борьба все болѣе тбо¬
лѣе принимала характеръ борьбы между язычествомъ и христіане
ствомъ, Константинъ все въ большей степени склонялся на сто¬
рону христіанства, и только тогда, когда борьба эта закончилась
побѣдой надъ Лициніемъ, императоръ лично и безповоротно скло¬
нился къ христіанству 151). Переворотъ совершался теперь съ поражающей быстротою.
27 октября 312 г. Максентій вмѣстѣ съ своею арміей потерпѣлъ
полное пораженіе при Мельвійскомъ мостѣ. Преторіанцы сража¬
лись съ привычною храбростью и съ необычайнымъ упорствомъ
отстаивали каждый шагъ; цѣлыми рядами, какъ они стояли, ле¬
жали они на боевомъ полѣ. Остальную часть войска и самого ти¬
ранна поглотили волны Тибра. Римъ, Италія, острова, Африка
тотчасъ же перешли къ побѣдителю. Константинъ видѣлъ въ этомъ
милостивый даръ христіанскаго Бога и спѣшилъ воздать Ему бла¬
годареніе. Уже въ первые мѣсяцы 313 года прибылъ онъ вмѣстѣ
съ Лициніемъ въ Миланъ и издалъ тамъ эдиктъ вѣротерпимо¬
сти “2). Вслѣдъ затѣмъ возгорѣлась и угрожавшая уже война
между Лициніемъ и Максимииомъ. Й здѣсь побѣда тогда еще хри¬
стіански настроеннаго Лицинія надъ гонителемъ христіанъ, Ма-
ксиминомъ, была чудесно быстрою. 13 іюня миланскій эдиктъ былъ
Прибитъ въ Никомидіи, городѣ, откуда десять лѣтъ предъ тѣмъ
исходили эдикты о гоненіи. Онъ получилъ теперь силу во всемъ
государствѣ. Въ этомъ эдиктѣ, который провозглашалъ начало новой эры,
прежде всего давалась полная свобода религіи. Всякій въ госу¬
дарствѣ долженъ былъ имѣть въ будущемъ полную свободу слѣ¬
довать той религіи, которую онъ признавалъ за лучшую. Въ пер¬
вый разъ такимъ образомъ провозглашено было великое начало
свободы религіозной совѣсти. Наконецъ было достигнуто то, чего
такъ долго добивались христіане, за что они боролись и проли¬
вали свою кровь. Миланскій эдиктъ отмѣчаетъ тотъ великій, мо¬
ментъ, когда прояснилось сознаніе, что къ религіи никого нельзя
принуждать, потому что вынужденная религія не есть уже религія.
Эти начала религіозной свободы впослѣдствіи часто затемнялись
надолго, на цѣлыя столѣтія почти исчезали опять, но тѣмъ не
менѣе они при всякомъ удобномъ случаѣ опять заявляли свою
силу, такъ какъ они лежатъ въ глубочайшей основѣ самого хри¬
стіанства. Ближайшимъ слѣдствіемъ этого начала было распоряженіе Кон¬
стантина, чтобы христіанамъ возвращены были опять всѣ конфи¬
скованныя у нихъ во время гоненій имущества. Этимъ возмѣща¬
лось тр, въ чемъ прежнее время погрѣшило противъ великаго, на¬