Первые дни христианства. Часть 2-я

Фаррар Ф.В. Первые дни христианства. Часть 2. - С.Петербург, 1888

Содержание
OCR
хт ПЕРВЫЕ ДНИ :ХРИСТГАНСТВХ7 очевидно руководился гностическимъ желаніемъ насколько воз¬
можно болѣе устранить мнѣніе о какомъ либо соприкосновеніи, а
тѣмъ болѣе взаимо общеніи между Богомъ и матеріей. Между тѣмъ
христіанское ученіе о воплощеніи въ корнѣ подрывало гности¬
ческія,, измышленія, что матерія есть зло и что Богъ настолько
безконечно удаленъ отъ человѣка, что не можетъ имѣть непосред¬
ственнаго общенія съ нимъ. Роковая система дуализма именно и
приводила къ столь многимъ ересямъ. Она была причиной евіо-
нитства, которое совершенно отрицало божество Іисуса Христа;
докетизма, по которому тѣло Іисуса было чисто призрачнымъ и
недѣйствительнымъ *42); и она же вѣроятно и лежала въ основѣ не-
сторіанства, которое теряло изъ вида нераздѣльное единство чело¬
вѣческаго и божественнаго естества въ одномъ Богочеловѣкѣ. Ке-
ринѳъ, подобно другимъ гностикамъ египетскаго образованія, отри¬
цалъ ѵпостасное и вѣчное единство двухъ естествъ во Христѣ. Онъ
училъ, что Христосъ былъ только Сынъ Божій, и что до своего
крещенія и въ своемъ распятіи Іисусъ былъ обыкновеннымъ че¬
ловѣкомъ. По одному многозначительному выраженію св. ап. Іоанна,
онъ „разсѣкалъ Іисуса“ 44э). Воззрѣнія, въ сущности сходныя съ этими, находятся во всѣхъ
гностическихъ системахъ 4М). Всѣ они возникли изъ умозрѣній
касательно происхожденія зла и касательно способа перекинуть
мостъ надъ пропастью между безусловнымъ и конечнымъ бытіемъ.
Такъ какъ они отождествляли зло съ матеріей, то сразу же при¬
водили къ манихейскому дуализму. Только при посредствѣ измыш¬
леннаго ряда гермофродитныхъ четъ эоновъ или манацій они могли
представлять себѣ возможность для сообщенія воли Божіей чело¬
вѣку 44в). Всѣ они находились подъ вліяніемъ платонизированнаго
іудейства Филона 44е) и александрійцевъ, равно какъ подъ влія¬
ніемъ персидскихъ и другихъ восточныхъ направленій мысли 441).
Но гибельность ихъ системы обнаруживалась со многихъ и про¬
тивоположныхъ сторонъ. Она превозносила воображаемое знаніе
надъ чистой и простодушной вѣрой. Она ложно принимала тер¬
минологію за символъ вѣры; смѣшивала игру словами съ разрѣ¬
шеніемъ серьезныхъ вопросовъ; внушала своимъ послѣдователямъ
напыщенное сознаніе, что они составляютъ умственную - аристо¬
кратію, владѣющую таинственнымъ ученіемъ, которое безконечно
возвышало ихъ надъ простыми смертными. Ученіе о присущности
зла матеріи и смѣшеніе „тѣла" съ „плотію“ приводило гности¬
ковъ или къ чрезвычайному аскетизму, который разрушалъ тѣло
безцѣльною суровостью, или къ антиноміанской распущенно¬
сти, которая разрушала его противоположнымъ путемъ—посред¬
ствомъ постыднаго самоуслажденія. Это они оправдывали или на