Первые дни христианства. Часть 1-я

Фаррар Ф.В. Первые дни христианства. Часть 1. - С.Петербург, 1888

Содержание
OCR
х^жга'іліпттігь млнинд и иы'Вчь ГОНЕНІЕ нА ХРИСТІАНЪ. КТ и-.,: вбираться чрезъ возбужденную толпу. Окруживѣ виллу Агриппины
’и взломавъ дверь, онъ схватилъ нѣсколькихъ рабовъ, которые еще
находились близь цокоя своей госпожи. Въ этомъ покоѣ, при
свѣтѣ одной лампы, Агриппина, въ сообществѣ только одной слу¬
жанки, въ страшномъ безпокойствѣ и съ зловѣщимъ, все болѣе
усиливавшимся предчувствіемъ, ожидала возвращенія ея, столь по¬
дозрительно запоздавшаго, вѣрнаго посланника. Дѣвушка-рабыня
встала и вышла изъ комнаты. „Неужели и ты оставляешь меня?“
воскликнула Агриппина, и въ этотъ самый моментъ въ дверяхъ
показалась фигура Аникета съ тріерархомъ Геркулеемъ и мор¬
скимъ сотникомъ Обаритомъ. „Если вы прибыли справиться о
моемъ здоровьи, сказала неустрашимая женщина, то скажите,
что я поправилась; если же совершить преступленіе, то я не по¬
вѣрю, чтобы это было по приказанію моего сына; онъ во всякомъ
случаѣ неспособенъ совершить матереубійство “. Не отвѣчая на
ея вопросъ, убійцы окружили ея постель и тріерархъ ударилъ ее
своею палкою по головѣ. „Ударь меня въ чрево — воскликнула
она, когда сотникъ извлекъ свой мечъ,—оно родило Нерона*. Это
были ея послѣднія слова, сказавъ которыя она замертво упала
отъ нанесенныхъ ей ранъ. Нѣтъ надобности омрачать еще даль¬
нѣйшими, мало вѣроятными ужасами, страшный разсказъ о ея
кончинѣ. Старое предсказаніе, нѣкогда полученное ею, исполни¬
лось. Она сдѣлала своего сына императоромъ, и онъ наградилъ
е,е убійствомъ. Такова была страшная и жалкая кончина той, въ
честь которой, въ день ея рожденія, въ томъ самомъ году жерт¬
венники курились жертвами, приносившимися у подножія бога
чести и богини согласія ,м)... Когда уже закончено было это преступленіе, Неронъ впервыё
созналъ, какъ оно ужасно, и былъ охваченъ агоніей ужаса и угры¬
зеній совѣсти. Великія преступленія обладаютъ страшной силой
озаренія. Они озаряютъ совѣсть зловѣщимъ блескомъ, который по¬
казываетъ вещи въ ихъ истинномъ омёрзеніи. Ночь онъ провелъ
въ удрученномъ безмолвіи. Въ первый разъ въ его жизни сонъ
его былъ нарушаемъ страшными сновидѣніями. Онъ часто въ ужасѣ
вскакивалъ съ постели и въ трепетѣ ожидалъ возвращенія зари. Гру¬
быя ласкательства и лицемѣрныя поздравленія его друзей скоро
однакоже разсѣяли всѣ его личные страхи. Но мѣстности не мо¬
гутъ измѣнять своего вида такъ легко, какъ лица людей, и ему все
еще представлялось страшное зрѣлище на морѣ и на берегу. Ему
казалось, что съ вершины Мизена, изъ могилы его матери, доно¬
сились до него страшные вопли и звуки одинокой трубы. Онъ
отправилъ въ сенатъ письмо, исполненное остроумныхъ и искус¬
ственныхъ оборотовъ рѣчи, которыя—увы!—выдавали слогъ Сенеки* 5*