Первые дни христианства. Часть 1-я

Фаррар Ф.В. Первые дни христианства. Часть 1. - С.Петербург, 1888

Содержание
OCR
лодку, посланную съ берега, блиставшаго огнями и массами на¬
рода, наслаждавшагося прохладой вечерняго воздуха. Злополучная
жертва ясно видѣла весь заговоръ, но сочла за лучшее взглянуть на
все это событіе, какъ на простую случайность, и послала одного изъ
своихъ отпущенниковъ, по имени Агерина, сообщить Нерону о ея
благополучномъ спасеніи. Неронъ уже раньше получилъ это извѣ¬
стіе съ нескрываемой тревогой. Не раздражитъ ли высокомѣрная
мстительная женщина войско разсказомъ о переносимыхъ ею
страданіяхъ? Не повергнетъ ли она себя на милость сената и на¬
рода?’Не вооружитъ ли она его враговъ для отмщенія своему
убійцѣ? Немедленно были позваны Бурръ и Сенека. Императоръ,
въ; крайнемъ волненіи, передалъ о своемъ неудавшемся престу¬
пленіи. Въ безмолвной тревогѣ военачальникъ и философъ чувство¬
вали, слушая этотъ разсказъ, какимъ роковымъ для ихъ репутаціи
становилось ихъ сообщничество въ преступныхъ тайнахъ такого
двора. Сенека первый нарушилъ молчаніе. Онъ спросилъ своего
сотоварища: „не нужно ли дать преторіанцамъ приказъ предать
ее смерти"? Въ этотъ часъ онъ навѣрно вполнѣ отвѣдалъ самые
подонки горькой чаши нравственнаго паденія. Оба эти министра
быть можетъ извиняли себя софизмомъ, что теперь дѣла зашли
слишкомъ далеко, чтобы можно было воспрепятствовать совершенію
преступленія, и что кто нибудь, Агриппина или Неронъ, непремѣнно
долженъ погибнуть; но Бурръ отвѣчалъ, что „преторіанцы никогда не
подымутъ руку противъ дочери ихъ возлюбленнаго Германика. Пусть
Аникетъ выполнитъ свои обѣщанія". Жалкій воинъ! Жалкій фило¬
софъ! Стоицизмъ часто превозносили на счетъ христіанства. Но пусть
міръ вспомнитъ, какъ различны тѣ двѣ сцены, въ одной изъ которыхъ
стоялъ изысканный стоикъ, въ другой—христіанскій апостолъ,—въ
одной—величественный министръ, въ другой—скованный узникъ,—
какъ тотъ и другіе стояли предъ лицемъ владыки міра! Аникетъ показалъ себя на высотѣ настоящей адской задачи
и, среди восторженныхъ выраженій признательности со стороны
Нерона, воскликнулъ, что онъ беретъ на себя завершеніе этого
дѣла. По прибытіи Агерина съ извѣстіемъ отъ Агриппины, Ани¬
кетъ незамѣтно подбросилъ кинжалъ къ ногамъ этого злополучнаго
человѣка и затѣмъ, заявляя, что Агриппина подослала его умер¬
твить императора, заковалъ его въ цѣпи. Этимъ прозрачнымъ из¬
воротомъ онъ надѣялся убѣдить общество, что Агриппина замѣ¬
шана была въ преступномъ заговорѣ и отъ позора совершила надъ
собою самоубійство. Извѣстіе о ея недавней опасности между тѣмъ
причинило страшное возбужденіе среди всѣхъ празднолюбцевъ на
берегу. Аникетъ съ своими вооруженными эмиссарами долженъ
былъ принять угрожающее положеніе, когда ему приходилось про-