Первые дни христианства. Часть 1-я

Фаррар Ф.В. Первые дни христианства. Часть 1. - С.Петербург, 1888

Содержание
OCR
НРАВСТВЕННОЕ СОСТОЯНІЕ МІРА. 47 этихъ бѣдныхъ страдальцевъ, скрытыя отъ общественныхъ главъ
въ катакомбахъ, были украшены искусствомъ правда грубыми» и
однако-же настолько: торжествующимъ, что ихъ грязное ^подзе¬
мелье дѣлалось сіяющей эмблемой всего того, -что есть самаго
свѣтлаго и самаго возвышеннаго въ счастьи человѣка 9°).- Въ то
время, какъ мерцающій факелъ стоицизма горѣлъ блѣдно*, какъ
будто бы среди жаровъ дома мертвыхъ, факелъ жизни ; въ рукахъ
тарсійскаго дѣлателя палатокъ; и галилёйскаго рыбака лучезарно
сіялъ отъ Дамаска до Антіохіи, отъ Антіохіи до Аѳинъ; ' отъ
Аѳинъ до Коринѳа, отъ Коринѳа до Ефеса и отъ Ефеса- до Рима. Но какъ добродѣтель имѣетъ своихъ героевъ, которые являются
носителями высшей святости, такъ и у порочности есть свой ге¬
рои, представляющіе собою воплощеніе всего того; что есть въ
данной жизни наиболѣе порочнаго и преступнаго.1 Такъ именно
было и въ разсматриваемое нами время. Казалось, что вся порочность,
весь преступный блескъ и все развращеніе языческаго міра, какбы 1
сосредоточивались и воплощались въ личности того императора, ко¬
торый первый вступилъ въ открытую борьбу съ христіанствомъ.
Имп. Августъ задолго до смерти, закончившей лукавую комедію,
въ которой онъ столь серьезно игралъ свою р0ль>91), уже испы¬
талъ Немезиду абсолютизма и предвидѣлъ страшныя послѣдствія,
къ которымъ онъ могъ повести. Но ни онъ, ни кто-либо другой
не могли даже гадать, чтобы четыре такихъ правителя, какъ Ти-
верій, Кай Калигула, Клавдій и Неронъ — первый ■ кровожадный
тиранъ, второй—яростный сумасшедшій, третій—женственный рас¬
путникъ, четвертый —* безсердечный арлекинъ — послѣдовательно
оскорбляли и устрашали міръ. И однако-же эти правителя по¬
очередно сидѣли на престолѣ Рима, этой столицы міра. Сосредо¬
точеніе старыхъ прерогативъ многихъ должностей въ лицѣ одного
человѣка, который былъ въ одно и тоже время консуломъ, цензо¬
ромъ, трибуномъ; верховнымъ жрецомъ и пожизненнымъ Импе¬
раторомъ, давало ему власть, которая, при содѣйствіи Меча пре¬
торіанцевъ и, смертоноснаго наушничества доносчиковъ, сдѣлалась
страшною для гражданъ. Неудивительно, что христіане видѣли про¬
образъ антихриста въ томъ всемогуществѣ зла, въ той апотеозѣ
личнаго л, въ томъ презрѣніи къ человѣчности, въ той ненависти
ко всему остальному человѣчеству, въ томъ исполинскомъ стремле¬
ніи къ невозможному, въ томъ дерзкомъ богохульствѣ и безгра¬
ничномъ самоуслажденіи, которыми отличался деспотизмъ ' какого
нибудь Кая Калигулы или Нерона. То самое обстоятельство, что
ихъ власть была въ одно и тоже время исполинская и жалкая,
что господинъ міра во всякое время могъ быть ниспровергнутъ
негодованіемъ какого нибудь римскаго негодяя, даже мало1 того: