Первые дни христианства. Часть 1-я

Фаррар Ф.В. Первые дни христианства. Часть 1. - С.Петербург, 1888

Содержание
OCR
ОШБЕНЖОСТНПШСЛЖШЛГ Хѣ« А.и. ілггеѵх»д.ѵ Т7ХГ какъ іудей, ходившій во всѣхъ заповѣдяхъ и постановленіяхъ за¬
кона безпородно, Іаковъ могъ считать своею обязанностью обра¬
титься съ словами предостереженія и увѣщанія сначала, правда,
къ христіанскимъ церквамъ Іудеи, но чрезъ нихъ и ко всѣмъ
своимъ соплеменникамъ. Для него церковь еще не ееть въ соб¬
ственномъ смыслѣ церковь (ёххЪ)аі« ѵ, 14), но синагога (п, 2),
слово, которое невидимому намѣренно избѣгается въ посланіи къ
Евреямъ, но которое исключительно употребляется евіонитамн1І4).
Намекая на цѣль вѣры, онъ говоритъ не о Христѣ, но о Богѣ
единомъ (іі, 19). Ѳнъ предостерегаетъ противъ клятвы небомъ и
землею (г, 12), чтб, какъ мы знаемъ изъ Евангелія (Матѳ, ѵ, 33),
было обычной формулой іудейскаго заклинанія. Онъ видѣлъ въ
іудеяхъ оглашенныхъ христіанъ и въ христіанахъ духовныхъ
іудеевъ. Вообще же, какъ въ дѣйствительномъ св. Іаковѣ, такъ и
въ томъ, какимъ онъ изображается въ преданіи, мы видимъ слѣды
воззрѣній, которыми отличались три партіи іудейскихъ христіанъ
въ первомъ столѣтіи, и которыя продолжали существовать въ трехъ
классахъ іудейскихъ христіанъ во второмъ. Подобно ап. Павлу и
нодобнб назореямъ, онъ не настаивалъ на соблюденіи Моисеева
закона язычниками и однакоже, подобно болѣе умѣреннымъ евіо-
нитамъ, онъ повидимому склонялся, или во всякомъ случаѣ его
послѣдователи склонялись къ мнѣнію, что даже для язычниковъ
Моисеевъ законъ могъ имѣть большую важность, и, подобно ес-
сейскимъ или аскетическимъ іудействующимъ, онъ лично прини¬
малъ строгія правила, которыя могли быть для него драгоцѣн¬
нымъ средствомъ въ самовоспитаніи, но которыя, по мнѣнію ко-
лѳсскихъ и другихъ еретиковъ, составляли законную праведность.
^Для насъ названіе „іудейскій христіанинъ" можетъ почти казаться
оксиморономъ, сочетаніемъ противоположностей. Мы видимъ съ
ап. Павломъ, воззрѣнія котораго были результатомъ особаго боже¬
ственнаго воспитанія, что между рабствомъ обрядности и свободой
христіанства, между праведностью законническихъ установленій и
оправданіемъ вѣрою, находится глубокая противоположность. Но
немыслимо, чтобы такъ это представлялось и первымъ христіанамъ.
Мы разсматриваемъ этотъ предметъ послѣ девятнадцативѣковаго
христіанскаго опыта, а они были непосредственные наслѣдники
девятнадцати столѣтій іудейской исторіи. Но свидѣтельствуя о своей собственной вѣрѣ въ первой строкѣ
своего посланія, св. Іаковъ навѣрно зналъ, что слова его будутъ
приняты съ благоговѣніемъ и настоящими евреями, и что было бы
безполезно настаивать йа урокахъ, которые онъ желалъ внушить
всѣмъ своимъ соотечественникамъ на основаніи чисто христіан¬
скихъ побужденій. Весь его народъ находился въ состояніи дикаго