Первые дни христианства. Часть 1-я

Фаррар Ф.В. Первые дни христианства. Часть 1. - С.Петербург, 1888

Содержание
OCR
"ПЕРВЫЕ ДНИ ХРИСТІАНСТВА. такъ какъ ьъ, этомъ случаѣ всегда имѣется въ виду Орёреайяі) зез)
смерть заключающаго завѣтъ—-или какъ наказаніе въ случаѣ на¬
рушенія договора, или въ смыслѣ полной перемѣны—составляю¬
щей родъ смерти—въ отношеніи прошедшаго или будущаго.
Тогда мы будемъ вынуждены переводить 17 стихъ словами: „завѣтъ
имѣетъ силу надъ мертвыми жертвами*, и смотрѣть на Іисуса
Христа какъ на посредника и какъ на заключителя завѣта. Та¬
кимъ. образомъ смерть заключающаго завѣтъ получаетъ характеръ
какбы нѣкоего идеальнаго представленія, воображаемой реализаціи
предполагаемаго значенія жертвъ, надъ которыми заключенъ
договоръ. Какъ ни остроумна эта аргументація, она во всяконъ
случаѣ придаетъ словамъ апостола весьма неопредѣленный и не¬
естественный смыслъ. Мы не видимъ другаго исхода, какъ пред¬
полагая, что писатель въ этихъ двухъ стихахъ вводитъ нѣчто въ
родѣ боковаго свѣта отъ классическаго значенія слова біаО^хт], ко¬
торое онъ въ другихъ мѣстахъ употреблялъ въ его обычномъ
эллинистическомъ смыслѣ м'4). Эти два стиха не составляютъ
сущности его аргументаціи. Онъ сравниваетъ ветхій завѣтъ съ
новымъ н ветхое первосвященство съ новымъ первосвященствомъ.
Въ ветхомъ завѣтѣ первосвященникъ входилъ во Святое святыхъ
съ кровію воловъ и козловъ; въ новомъ Христосъ, какъ нашъ
искупитель, вошелъ съ своею собственною кровію въ непосред¬
ственное соприсутствіе Бога. Въ обоихъ завѣтахъ, съ цѣлью очи¬
щенія и умилостивленія, проливалась кровь. Раскрывая этотъ до¬
водъ, писатель мимоходомъ припоминаетъ и другой пояснительный
примѣръ. Употребленное имъ слово имѣетъ два признанныхъ
смысла зе‘): біав^хѵ; въ смыслѣ „ завѣта “ заключало въ себѣ не¬
обходимость смерти жертвенныхъ животныхъ; біягЬ^хц въ смыслѣ
„ завѣщанія “ заключало въ себѣ необходимость смерти завѣща-
. теля; и апостолъ съ совершенною простотою пользуется этимъ
вторымъ его значеніемъ. Называть это эллинистической игрой сло¬
вами, или видѣть здѣсь нѣкоторый родъ софистики, или доказа¬
тельство слабой логики, было бы ошибочнымъ пріемомъ крити¬
цизма. Писатель не представляетъ пикакого доказательства необ¬
ходимости смерти Христа. Если бы онъ дѣлалъ это, то онъ дол¬
женъ былъ бы доказать, почему христіанскій завѣтъ долженъ быть
разсматриваемъ какъ бсай^хт], чтб оказывается для него не необ¬
ходимымъ. Онъ пишетъ тѣмъ, которые уже црнняли истины хри¬
стіанства, и для которыхъ поэтому совсѣмъ нѣтъ надобности до¬
казывать необходимость смерти Христа. Онъ сравниваетъ два за¬
вѣта, въ .отношеніи которыхъ его читатели убѣждены, что оба
они произошли отъ Бога, и единственная цѣль его доказать пре-