Первые дни христианства. Часть 1-я

Фаррар Ф.В. Первые дни христианства. Часть 1. - С.Петербург, 1888

Содержание
OCR
РЕЛИГІОЗНОЕ СОСТОЯНІЕ ЯЗЫЧЕСКАГО МІРА. 3 при посредствѣ силъ природы, олицетворенныхъ въ видѣ божествъ,
управлялъ всѣмъ. Позднѣйшее боготвореніе природы признавало
три главныя божества; рядомъ съ Брамой, какъ душой міра,
истинной невидимой жизнью творенія, стоялъ Вишну, въ которомъ
сосредоточивались всѣ благодѣтельныя явленія и вліянія природы,
и Сива, какъ вѣчная, производительная сила міра, производящая
новую жизнь изъ разрушенія и гибели. У мидянъ и персовъ
религія и богослуженіе отражали на себѣ рѣзкія и наиболѣе по¬
разительныя противуположности природы въ Ормуздѣ, богѣ свѣта
и творцѣ всего добраго, и Ариманѣ — богѣ тьмы и источникѣ
всякаго зла. Религіозныя воззрѣнія египтянъ несомнѣнно образо¬
вались изъ простаго боготворенія солнца и Нила, которые впо¬
слѣдствіи получили болѣе духовный характеръ. У вавилонянъ и
ассиріянъ Ваалъ представлялъ дѣятельную и Мелитта пассивную
силу природы, причемъ первый былъ производительнымъ и послѣдняя
плодоноснымъ началомъ. Природа боготворилась также и на бе¬
регахъ Финикіи. Ваалъ и Ашера или Астарта были въ общемъ
смыслѣ божествами природы. Одно и тоже божество въ формѣ
ВаЯла было производительною, а въ качествѣ Ашеры—плодоносною
силою, причемъ оба они иногда изображаются соединенными въ
видѣ божества Гермафродита. Религіозныя празднества финикіянъ
тѣсно связаны были съ перемѣнами въ жизни природы. Языче¬
скіе боги сами принимаютъ характеръ то нѣжности и радости, то
мрака и ужаса, смотря по времени года. Достаточно указать на
Молоха, олицетвореніе палящаго убійственнаго лѣтняго жара, идо-
лослуженіе которому сопровождалось страшными криками дѣтей,
приносимыхъ ему въ жертву всесожженія, или на идолослуженіе
Мелиттѣ, въ которомъ распущенныя женщины предавались раз--
врату и дѣвицы приносили въ жертву богинѣ свое цѣломудріе; Такимъ образомъ мы находимъ, что въ основѣ религіи древ¬
няго востока повсюду лежалъ простой натурализмъ. Но съ тече¬
ніемъ времени онъ по необходимости долженъ былъ потерять свою -
жизненность и всякое значеніе для духовной жизни. Вѣчное од¬
нообразіе въ теченіи природы дало поводъ къ возникновенію но¬
выхъ идей въ душѣ народовъ, вслѣдствіе чего прежній наивный:
религіозный натурализмъ пересталъ служить такимъ возбуждающимъ
средствомъ для сыновей, какимъ онъ былъ для ихъ дѣдовъ, и люди
начали относиться къ нему равнодушно. Они просто стали поль¬
зоваться имъ для своихъ цѣлей, и самый культъ этотъ скорѣе
сталъ въ зависимость отъ нихъ, а не они отъ него. Сами жрецы
не въ силахъ были остановить его паденія, и вслѣдствіе этого,-
вмѣсто живаго почтенія, самый культъ сдѣлался для народныхъ
■массъ жалкимъ суевѣріемъ, а для мыслящихъ людей предметомъ