Первые дни христианства. Часть 1-я

Фаррар Ф.В. Первые дни христианства. Часть 1. - С.Петербург, 1888

Содержание
OCR
ПЕРВЫЕ ДНИ ХРИСТІАНСТВА. Ш'і онъ) должны мы и содержать букву закона, хотя ея дѣйствитель¬
ное ‘значеніе; заключается исключительно въ таинственныхъ смы¬
слахъ/'Жѳторые съ трудомъ могутъ быть извлекаемы изъ нея 46).
Обрѣзаніе/ суббота и всѣ другія Моисеевы установленія; по Фи¬
лону, 'лишь простыя аллегоріи 47). Тоже самое толкованіе онъ при¬
лагаетъ Даже къ самымъ яснымъ подробностямъ законодательства,
которыя въ своемъ обыденномъ реализмѣ, какъ невидимому ду¬
маетъ онъ, были слишкомъ грубы для того, чтобы составлять часть
божественнаго откровенія, каковы напримѣръ постановленія каса¬
тельно наказанія за дерзкое вмѣшательство женщинъ въ распри.
Эти постановленія истолковываются, въ томъ смыслѣ, что каждая
душа имѣетъ мужскіе и женскіе Элементы; изъ нихъ мужскіе
элементы стремятся къ небесному, и женскіе къ земному, и мы
должны противодѣйствовать своему естественному стремленію къ
преходящему 48). Что истина могла быть постигнута только такимъ
страннымъ способомъ толкованія, Филонъ былъ такъ искренно
убѣжденъ въ этомъ, что благодарилъ Бога за то, что Онъ позво¬
лилъ ему быть истолкователемъ, сдѣлавшимъ яснымъ значеніе того,
что для массы обыденныхъ людей доселѣ оставалось непостижи¬
мымъ 49)- Филонъ говоритъ даже, что онъ иногда впадалъ въ
восторженное состояніе, въ которомъ ему пророчески открывалось
глубочайшее значеніе, оставшееся бы иначе для него недоступ¬
нымъ ’°). Однакоже, хотя онъ такимъ образомъ все превращаетъ
въ аллегоріи, его взгляды всецѣло отличаются отъ взглядовъ по¬
сланія Варнавы. Всякое неуваженіе къ буквѣ закона казалось
ему крайнимъ нечестіемъ. Онъ съ удовольствіемъ приводитъ при¬
мѣры возмездія, обрушившагося на враговъ Израиля. Онъ разска¬
зываетъ объ одномъ александрійцѣ, который, издѣваясь надъ тѣмъ,
„какой-дё великолѣпный подарокъ Господь міра сдѣлалъ патріарху
Аврааму и его женѣ Саррѣ, подаривъ одному букву альфу и дру¬
гой букву ро “, впослѣдствіи сошелъ съума, очевидно въ нака¬
заніе, посланное ему небомъ 51). Филоновъ методъ, изъ всѣхъ способовъ толкованія, есть самый
произвольный. Но Филонъ несомнѣнно не есть его изобрѣтатель.
Онъ уже носился въ воздухѣ, какъ между раввинами, такъ и
александрійцами. Онъ возникъ изъ самаго духа того времени. Это
былъ неизбѣжный результатъ двухъ вѣрованій, которыя иначе
пришли бы въ опасное столкновеніе—вѣры въ библейское откро¬
веніе и вѣры въ греческую философію. Александрійскіе іудеи должны
были' примирить букву Библіи съ убѣжденіями, которыя могли
€ый> Выводимы изъ нея только посредствомъ аллегорическаго тол-
кйвФніжЖЕ'огда они стали вѣрить въ Платоновъ идеализмъ и пи- смотрѣть- на матерію какъ на нечистую,