Первые дни христианства. Часть 1-я

Фаррар Ф.В. Первые дни христианства. Часть 1. - С.Петербург, 1888

Содержание
OCR
тагшт Т2ЫП7ХПЯ, вали его прежде всего среди женщинъ и дѣтей. Но издѣватель¬
ство язычниковъ невольно свидѣтельствуетъ о томъ, какую силу
имѣла эта проповѣдь слова Божія, и то, что для высокомѣрныхъ
язычниковъ было предметомъ издѣвательства, за это именно благо¬
дарилъ Спаситель, говоря: „славлю Тебя, Отче, Господи неба и
земли! что Ты утаилъ сіе отъ мудрыхъ и разумныхъ, и открылъ то
младенцамъ. Ей, Отче! ибо таково было Твое благоволеніе“ (Матѳ,
іх, 25, 26). Другая насмѣшливая рѣчь того же самаго врага
христіанъ, Цельза, даетъ намъ еще яснѣе видѣть силу евангель¬
ской проповѣди. „Послушаемъ, говоритъ онъ, какіе люди при¬
знавались христіанами. Всякій грѣшникъ, всякій неразумный и не¬
достойный, однимъ словомъ всякій жалкій человѣкъ получитъ-де
царство Божіе. Они говорятъ, что Богъ приметъ грѣшника, если
онъ смирится и покается въ своей негодности, но не приметъ
праведнаго, если онъ обратится къ Нему съ добродѣтелью сна¬
чала11. Цельзу это кажется совершенно несообразнымъ. Вѣдь „каж¬
дому очевидно, думаетъ онъ, что изъ тѣхъ, которые отъ природы
склонны къ пороку, никто, даже чрезъ наказаніе, не говоря уже
чрезъ помилованіе, не можетъ вполнѣ измѣниться “ 5). Но именно
проповѣдь о милосердіи Божіемъ и вліяла сильнѣе всего на умы
и сердца. Тогда въ языческомъ мірѣ уже пробудилось сознаніе
грѣховности и чувствовалось желаніе избавленія отъ него. Были
уже такія души, которыя, подъ тяжестью своихъ грѣховъ, тяжко
томились и добивались очищенія отъ нихъ. Напрасно искали онѣ
его въ томъ, что было въ языческихъ-храмахъ, именно въ раз¬
личныхъ куреніяхъ и люстраціяхъ, въ суровыхъ лишеніяхъ, ко¬
торыя все- болѣе распространялись и входили въ обычай въ языче¬
скомъ культѣ. Напротивъ, въ крови божественнаго Агнца имъ
предлагалось прощеніе всѣхъ грѣховъ, и въ крещеніи баня очи-
ѵ щенія, которая омывала ихъ отъ всякой скверны. Призывъ Спа¬
сителя: „пріидите ко Мнѣ всѣ труждающіеся и обремененные, и
Я успокою васъ“ имѣлъ тѣмъ болѣе обаятельную силу, что въ
умирающемъ мірѣ, блескъ и ликованіе котораго все болѣе блѣд¬
нѣли и замирали, все болѣе оказывалось именно труждающихся
и обремененныхъ. Но если взоры людей теперь все томительнѣе обращались къ
загробной жизни, если, какъ мы видѣли, все живѣе возбуждался
вопросъ, существуетъ ли загробная жизнь,, и какч> достигнуть бла¬
женнаго состоянія- въ этой загробной жизни, то какое же впеча¬
тлѣніе должна была производить проповѣдь, возвѣщавшая о дѣй¬
ствительномъ воскресеніи Христа? Она давала разрѣшеніе для
всѣхъ подобныхъ вопросовъ, и притомъ не на почвѣ сомнитель¬
ныхъ доводовъ и умозаключеній, которые, какъ говоритъ Климентъ,