Августин Аврелий. Творения. Том 4. О граде Божием. Книги XIV-XXII

Августин Аврелий. Творения. Т.4. О граде Божием. Книги XIV-XXII. — СПб.: Алетейя; Киев: УЦИММ-Пресс, 1998

Блаженный Августин (Sanctus Aurelius Augustinus) (354-430) — величайший из отцов древней Церкви (dostores ecclesiae) христианского Запада, оказавший огромное влияние на все дальнейшее развитие христианской мысли, этических взглядов и церковного устройства. В данном томе предложены заключительные книги философско-теологического трактата «О граде Божием» — самого известного произведения, в котором сведены воедино основные положения разработанной им христианской доктрины, отчасти принятые всей христианской церковью, отчасти — только католической ее ветвью, а некоторые из положений (например, о предопределении в полном его объеме) — кальвинистской и рядом других протестантских церквей много веков спустя. В книге использованы переводы Киевской Духовной Академии начала XX века, выполненные профессорами Академии с большой текстологической тщательностью и с превосходным знанием церковно-богословских реалий раннего христианства. Тексты печатаются в современной редакции. Для самого широкого круга читателей.

OCR
сестрою, а другую женою, иную же двоюродной сестрою;
одного отцом, другого дядей, иного же тестем; одну
матерью, другую теткой, иную же тещей. Общежительный
союз не был бы, таким образом, ограничен небольшим
количеством лиц, а прочными узами родства охватил бы
куда более значительное число людей.
*
С возрастанием и размножением рода человеческого
мы замечаем даже в среде нечестивых почитателей многих
и ложных богов такое явление: хотя их превратные законы
и дозволяют браки между братьями и сестрами, однако
же обычай, который лучше законов, предпочитает отвра­
щаться от этого дозволения; и хотя в первые времена
человеческого рода было дозволено вступать в брак с
сестрами, тем не менее отвращение это так велико, как-
будто этого дозволения никогда и не было. Ибо для того,
чтобы к чему-либо привлечь или от чего-либо оттолкнуть
человеческое чувство, обычай имеет наибольшую силу.
Коль скоро он обуздывает в данном случае неумеренные
страсти, справедливо признается нечестием нарушать его
и изменять. Ведь если несправедливо из жадности к
стяжанию переступать полевую межу, то насколько не­
справедливее ради половой страсти уничтожать границы,
установленные нравами? Из опыта нашего времени отно­
сительно браков между двоюродными (братьями и сестрами)
мы видим, как редко, вследствие родства, ближайшего к
братскому, допускает обычай то, что дозволяют законы.
Ни законом божественным, ни законом человеческим
подобные браки не запрещены. Тем не менее, и от
дозволенного отвращаются вследствие близкого соприкос­
новения его с недозволенным; кажется, что совершаемое
с двоюродной сестрою совершается почти что с родною:
потому что и двоюродные, по причине такого близкого
между ними кровного родства, называются также братьями
и сестрами, и представляются почти родными.
У древних отцов была, впрочем, и другая благочестивая
забота: чтобы само родство, расходясь мало-помалу в
различных поколениях, не удалилось бы настолько, что
престало бы быть даже родством; и вот, пока оно не
сделалось еще слишком далеким, они воссоединяли его
82