Августин Аврелий. Творения. Том 4. О граде Божием. Книги XIV-XXII

Августин Аврелий. Творения. Т.4. О граде Божием. Книги XIV-XXII. — СПб.: Алетейя; Киев: УЦИММ-Пресс, 1998

Блаженный Августин (Sanctus Aurelius Augustinus) (354-430) — величайший из отцов древней Церкви (dostores ecclesiae) христианского Запада, оказавший огромное влияние на все дальнейшее развитие христианской мысли, этических взглядов и церковного устройства. В данном томе предложены заключительные книги философско-теологического трактата «О граде Божием» — самого известного произведения, в котором сведены воедино основные положения разработанной им христианской доктрины, отчасти принятые всей христианской церковью, отчасти — только католической ее ветвью, а некоторые из положений (например, о предопределении в полном его объеме) — кальвинистской и рядом других протестантских церквей много веков спустя. В книге использованы переводы Киевской Духовной Академии начала XX века, выполненные профессорами Академии с большой текстологической тщательностью и с превосходным знанием церковно-богословских реалий раннего христианства. Тексты печатаются в современной редакции. Для самого широкого круга читателей.

OCR
силах открыть, но никто не берет на себя смелости и
исследовать. Если бы могли они стать известными, то и
в самих внутренних частях, которые не заключают в себе
никакой красоты, открылось бы такое изящество идеи,
что ум предпочел бы ее всякой видимой, доставляющей
удовольствие только глазу форме. Но кое-уто в теле рас­
положено и таким образом, что имеет одну лишь красоту,
а не пользу; так, например, грудь мужчины имеет сосцы,
а лицо — бороду; что борода служит не защитой, а ук­
рашением мужчины, это доказывают чистые лица женщин,
которые, как слабейшие, скорее бы, конечно, нуждались
в (такой) защите.
Итак, если нет ни одного члена (по крайней мере из
числа видимых, относительно которых никто и не спорит),
который бы был приспособлен к какому-нибудь отправ­
лению так, чтобы (в то же время) не был и красивым;
но есть некоторые члены, которые имеют только лишь
красоту, но не пользу, то отсюда, думаю, легко понять,
что при сотворении тела его достоинство ставилось выше
практической потребности. Ибо практическая потребность
минует, и наступит время, когда мы будем взаимно на­
слаждаться одной только красотой помимо всякой похоти;
что в особенности должно быть отнесено к хвале Созда­
теля, Которому говорится в псалме: "Ты дивно велик, Ты
облечен славою и величием" (Пс. СШ, 1).
А какими словами может быть определена красота и
польза других тварей, любоваться и пользоваться которы­
ми божественная щедрость дозволила человеку, хотя и об­
реченному и осужденному на труды и злополучия? — кра­
сота, заключающаяся в разнообразной и многоразличной
красоте неба, земли и моря, в таком обилии и в такой
удивительной роскоши света, в солнце, луне и звездах, в
тенистости лесов, в красках и благоухании цветов, в
множестве щебечущих пестроперых птиц, в разнообразии
стольких и таких животных, из коих более всего вызыва­
ют удивление те, которые имеют меньше объема (ибо мы
удивляемся более работе муравьев и пчел, чем громадному
телу китов), в количественном виде моря, когда оно, как
одеждой, облекается различными цветами и бывает то
566