Августин Аврелий. Творения. Том 4. О граде Божием. Книги XIV-XXII

Августин Аврелий. Творения. Т.4. О граде Божием. Книги XIV-XXII. — СПб.: Алетейя; Киев: УЦИММ-Пресс, 1998

Блаженный Августин (Sanctus Aurelius Augustinus) (354-430) — величайший из отцов древней Церкви (dostores ecclesiae) христианского Запада, оказавший огромное влияние на все дальнейшее развитие христианской мысли, этических взглядов и церковного устройства. В данном томе предложены заключительные книги философско-теологического трактата «О граде Божием» — самого известного произведения, в котором сведены воедино основные положения разработанной им христианской доктрины, отчасти принятые всей христианской церковью, отчасти — только католической ее ветвью, а некоторые из положений (например, о предопределении в полном его объеме) — кальвинистской и рядом других протестантских церквей много веков спустя. В книге использованы переводы Киевской Духовной Академии начала XX века, выполненные профессорами Академии с большой текстологической тщательностью и с превосходным знанием церковно-богословских реалий раннего христианства. Тексты печатаются в современной редакции. Для самого широкого круга читателей.

OCR
свитер Гелоз, а также диаконы карфагенской церкви; в
числе последних был и единственный оставшийся из них
в живых, в сане уже епископа, достопочтенный нами Ав­
релий, с которым, вспоминая дивные дела Божий, мы
часто беседуем об этом обстоятельстве и находим, что он
твердо помнит то, о чем мы рассказываем. Когда по
обыкновению они вечером посетили больного, тот с вы­
зывающими сострадание слезами просил их, чтобы они
почтили наутро своим присутствием скорее его похороны,
чем скорбь. И действительно, под влиянием прежних
страданий на него напал такой страх, что многие из врачей
были уверены, что он умрет. Те утешали его и убеждали
надеяться на Бога и мужественно перенести Его волю.
Потом мы начали молиться, и когда по обычаю прекло­
нили колени и опустились на землю, больной бросился
на землю с таким видом, будто был повержен какой-то
неудержимо увлекавшей его силой, и начал молиться; и
кто передаст словами, как начал он молиться, с каким
возбуждением и порывом духа, с какими слезами, с какими
потрясавшими все члены его и совершенно подавлявшими
дух воплями и рыданиями? Молились ли другие, или же
их внимание было поглощено этим, не знаю. Я совершен­
но не мог молиться, и только произнес внутренне следую­
щие немногие слова: "Господи, каким еще молитвам своих
(рабов) Ты внемлешь, если не внемлешь этим?" Мне
казалось, что к словам этим уже ничего нельзя было
прибавить, кроме разве того, чтобы он умер молясь. Мы
встали и, приняв благословение от епископа, начали рас­
ходиться, причем больной просил, чтобы они пришли
наутро, а те убеждали, чтобы он не падал духом.
И вот, настал день, которого так боялись: явились
служители Божий, как и обещали явиться; пришли врачи,
приготовили все, чего требовал момент, выложили к ужасу
всех роковые инструменты. И в то время, как те, которые
облечены высшим авторитетом, стараются утешением под­
нять упавший дух больного, на постели приводятся в по­
рядок члены его, развязываются узлы повязок, обнажается
(больное) место, врач осматривает его и с инструментами
в руках внимательно ищет язву, подлежащую операции.
524