Августин Аврелий. Творения. Том 4. О граде Божием. Книги XIV-XXII

Августин Аврелий. Творения. Т.4. О граде Божием. Книги XIV-XXII. — СПб.: Алетейя; Киев: УЦИММ-Пресс, 1998

Блаженный Августин (Sanctus Aurelius Augustinus) (354-430) — величайший из отцов древней Церкви (dostores ecclesiae) христианского Запада, оказавший огромное влияние на все дальнейшее развитие христианской мысли, этических взглядов и церковного устройства. В данном томе предложены заключительные книги философско-теологического трактата «О граде Божием» — самого известного произведения, в котором сведены воедино основные положения разработанной им христианской доктрины, отчасти принятые всей христианской церковью, отчасти — только католической ее ветвью, а некоторые из положений (например, о предопределении в полном его объеме) — кальвинистской и рядом других протестантских церквей много веков спустя. В книге использованы переводы Киевской Духовной Академии начала XX века, выполненные профессорами Академии с большой текстологической тщательностью и с превосходным знанием церковно-богословских реалий раннего христианства. Тексты печатаются в современной редакции. Для самого широкого круга читателей.

: [URL="http://txt.drevle.com/text/avgustin_avreliy-tvoreniya-4-1998/45"]Августин Аврелий. Творения. Т.4. О граде Божием. Книги XIV-XXII. — СПб.: Алетейя; Киев: УЦИММ-Пресс, 1998[/URL]
 

OCR
Человек предоставлен самому себе, потому что, любуясь
собою, оставил Бога; но, не повинуясь Богу, не смог он
повиноваться и самому себе. Ничтожность этого его сос­
тояния наиболее очевидна в том, что он не может жить,
как хочет. Ибо, живи он, как хочет, он считал бы себя
блаженным, хоть на деле, впрочем, и не был бы таким,
если бы жил дурно.
Глава XXV
Ведь, если вникнуть в дело повнимательней, то кроме
блаженного никто не живет, как хочет; а блаженного нет
никого, кроме праведного. Но и сам праведный не живет,
как хочет, разве что ему удастся достигнуть такого сос­
тояния, что ему уже решительно будет невозможно ни
умереть, ни впасть в заблуждение, ни подвергнуться опа
ности; и при этом он будет абсолютно уверен, что так
будет всегда. К этому стремится природа, и не будет она
вполне и совершенно блаженной, если не достигнет того,
к чему стремится. А в настоящее время кто из людей
может жить, как хочет, коль скоро и сама жизнь не в
его власти? Он хочет жить, а вынужден умирать. Разве
живет, как хочет, тот, кто не может жить так долго, как
сам того хочет? А если бы он желал смерти, то как может
жить так, как хочет, тот, кто не хочет жить? А если бы
он хотел умереть, чтобы после смерти обрести блаженство,
то тем более он сейчас не живет так, как хочет. Но пусть
бы он даже жил, как хочет: разве он жил бы так не
потому, что вынудил себя не хотеть того, чего не может,
о чем сказал еще Теренций: "Если невозможно получить
то, что хочешь, желай того, что возможно"*. Разве бла­
женство состоит в том, чтобы быть терпеливо несчастным?
Разве блаженна та жизнь, которую не любят? А если она
блаженна и ее любят, то не любят ли ее ради ее самой,
а все прочее — также любят ради нее. Если же ее любят
настолько, насколько она достойна любви, то невозможно,
* Terent. in Andr. act. I!, sc. 1.
45