Августин Аврелий. Творения. Том 4. О граде Божием. Книги XIV-XXII

Августин Аврелий. Творения. Т.4. О граде Божием. Книги XIV-XXII. — СПб.: Алетейя; Киев: УЦИММ-Пресс, 1998

Блаженный Августин (Sanctus Aurelius Augustinus) (354-430) — величайший из отцов древней Церкви (dostores ecclesiae) христианского Запада, оказавший огромное влияние на все дальнейшее развитие христианской мысли, этических взглядов и церковного устройства. В данном томе предложены заключительные книги философско-теологического трактата «О граде Божием» — самого известного произведения, в котором сведены воедино основные положения разработанной им христианской доктрины, отчасти принятые всей христианской церковью, отчасти — только католической ее ветвью, а некоторые из положений (например, о предопределении в полном его объеме) — кальвинистской и рядом других протестантских церквей много веков спустя. В книге использованы переводы Киевской Духовной Академии начала XX века, выполненные профессорами Академии с большой текстологической тщательностью и с превосходным знанием церковно-богословских реалий раннего христианства. Тексты печатаются в современной редакции. Для самого широкого круга читателей.

OCR
будут подлежать суду и те, которых Христос застанет здесь
еще в телах, он назвал и их мертвыми, причем как доб­
рых, о которых говорится: "Вы умерли, и жизнь ваша
сокрыта со Христом в Боге" (Кол. III, 3), так и злых, о
которых сказано: "Предоставь мертвым погребать своих
мертвецов" (Мф. VIII, 22). Мертвыми ени могут быть
названы уже потому, что носят смертные тела; почему и
апостол говорит: "Тело мертво для греха, но дух жив для
праведности" (Рим. VIII, 10), — говорит, показывая, что
то и другое, и мертвое тело, и живой дух, существует в
человеке живущем, находящемся в этом теле. И не назвал
плоть смертной, а назвал мертвой; хотя несколько ниже
называет те же самые тела более употребительным сло­
вом — смертными (Рим. VIII, И). Итак, отдало море
мертвых, бывших в нем, т. е . отдал настоящий век людей,
которые в нем находились, потому что еще не умерли.
"И смерть и ад отдали мертвых, которые были в них".
Море отдало, потому что они предстали так, как были
застигнуты; смерть и ад возвратили, потому что их снова
призвали к жизни, которая уже миновала.
Возможно, что были основания, по которым недоста­
точно было сказать просто "смерть" или "ад", но должно
было быть сказано то и другое: смерть — в примене­
нии к добрым, которые могли претерпеть только смерть,
но не быть в аду; ад — в применении к злым, которые
несут наказание и в аду. Ибо если не безосновательно
представляется вера, что и древние святые, исповедавшие
веру в непришедшего еще Христа, находились хотя и в
весьма удаленных от мучений нечестивых местах, но все
же в аду, пока не извлекла их оттуда кровь Христова,
проникшая и в те места; то совершенно в порядке вещей,
если добрые верующие после того, как эта цена искупления
уже пролита, вовсе не ведают ада, пока, по восприятии
самих тел, не воспримут те блага, какие заслужили. Сказав
же: "И судим был каждый по делам своим" (Апок. XX,
13), (автор) поясняет кратко, как они были судимы. "И
смерть и ад, — говорит, — повержены в озеро огненное"
(Апок. XX, 14); этими именами он обозначает как диаво-
ла, так как он был виновником и смерти, и казней адских,
404