Августин Аврелий. Творения. Том 4. О граде Божием. Книги XIV-XXII

Августин Аврелий. Творения. Т.4. О граде Божием. Книги XIV-XXII. — СПб.: Алетейя; Киев: УЦИММ-Пресс, 1998

Блаженный Августин (Sanctus Aurelius Augustinus) (354-430) — величайший из отцов древней Церкви (dostores ecclesiae) христианского Запада, оказавший огромное влияние на все дальнейшее развитие христианской мысли, этических взглядов и церковного устройства. В данном томе предложены заключительные книги философско-теологического трактата «О граде Божием» — самого известного произведения, в котором сведены воедино основные положения разработанной им христианской доктрины, отчасти принятые всей христианской церковью, отчасти — только католической ее ветвью, а некоторые из положений (например, о предопределении в полном его объеме) — кальвинистской и рядом других протестантских церквей много веков спустя. В книге использованы переводы Киевской Духовной Академии начала XX века, выполненные профессорами Академии с большой текстологической тщательностью и с превосходным знанием церковно-богословских реалий раннего христианства. Тексты печатаются в современной редакции. Для самого широкого круга читателей.

: [URL="http://txt.drevle.com/text/avgustin_avreliy-tvoreniya-4-1998/337"]Августин Аврелий. Творения. Т.4. О граде Божием. Книги XIV-XXII. — СПб.: Алетейя; Киев: УЦИММ-Пресс, 1998[/URL]
 

OCR
не имеющий уже своего конца. Хотя мы называем себя
блаженными и здесь, когда пользуемся миром, какой
только возможен здесь при доброй жизни; но это бла­
женство по сравнению с тем, которое мы называем ко­
нечным, представляется весьма жалким состоянием. Когда
мы, смертные люди в условиях смертной жизни, имеем
мир, какой только здесь возможен, то если надлежащим
образом живем, добродетель пользуется его благами над­
лежащим образом; когда же не имеем его, добродетель
хорошо пользуется и тем злом, которое человек терпит.
Но истинная добродетель есть тогда, когда и все блага,
которыми пользуется хорошо, и все то, что делает при
благом пользовании благами и бедствиями, и саму себя
она направляет к тому концу, где для нас будет такой и
столь великий мир, лучше и больше которого мир быть
не может.
Глава XI
Поэтому концом наших благ мы можем назвать мир,
как называли этим концом жизнь вечную: особенно в
виду того, что этому граду Божию, о котором ведется
нами такое многотрудное рассуждение, говорится в святом
псалме: "Хвали, Иерусалим, Господа; хвали, Сион, Бога
твоего. Ибо Он укрепляет вереи ворот твоих, благослов­
ляет сынов твоих среди тебя; утверждает в пределах твоих
мир" (Пс. CXLVII, 1 — 3). Когда будут укреплены вереи
врат его, никто уже в него не войдет, никто из него и
не выйдет. А потому пределами его мы должны считать
в этом случае мир, который хотим выставить конечным.
Ибо и само таинственное имя этого града, Иерусалим,
как мы уже говорили и прежде, в переводе значит "видение
мира". Но так как слово мир очень часто употребляется
и в условиях этой смертной жизни, где во всяком случае
нет жизни вечной; то конец этого града, где будет высо­
чайшее его благо, мы решили называть лучше жизнью
вечною, чем миром. Об этом конце апостол говорит:
"Ныне, когда вы освободились от греха и стали рабами
337