Августин Аврелий. Творения. Том 4. О граде Божием. Книги XIV-XXII

Августин Аврелий. Творения. Т.4. О граде Божием. Книги XIV-XXII. — СПб.: Алетейя; Киев: УЦИММ-Пресс, 1998

Блаженный Августин (Sanctus Aurelius Augustinus) (354-430) — величайший из отцов древней Церкви (dostores ecclesiae) христианского Запада, оказавший огромное влияние на все дальнейшее развитие христианской мысли, этических взглядов и церковного устройства. В данном томе предложены заключительные книги философско-теологического трактата «О граде Божием» — самого известного произведения, в котором сведены воедино основные положения разработанной им христианской доктрины, отчасти принятые всей христианской церковью, отчасти — только католической ее ветвью, а некоторые из положений (например, о предопределении в полном его объеме) — кальвинистской и рядом других протестантских церквей много веков спустя. В книге использованы переводы Киевской Духовной Академии начала XX века, выполненные профессорами Академии с большой текстологической тщательностью и с превосходным знанием церковно-богословских реалий раннего христианства. Тексты печатаются в современной редакции. Для самого широкого круга читателей.

OCR
ради себя самой, а добродетель считается заслуживающей
усвоения ради нее, т. е . последняя служит лишь к то^у,
чтобы удовлетворять и сохранять телесную похоть. Уродли­
ва, конечно, такая жизнь, так как добродетель при этом
является рабою госпожи-похоти; да и не может добродетель
никоим образом называться при этом добродетелью; тем
не менее, и это отвратительное безобразие имело некоторых
философов своими покровителями и защитниками. Похоть,
далее, ставится рядом с добродетелью, когда ни одна из
них не бывает желательна ради другой, а обе бывают
желательны ради них же самих. Соответственно этому, как
похоть, смотря по тому, подчиняется ли она добродетели,
или получает над нею преимущество, или уравнивается в
значении, дает образование трем сектам, так и покой, так
и то и другое вместе, и начала природы представляются
образующими по три других секты. Ибо при наличии в
складе человеческих мыслей они иногда подчиняются до­
бродетели, иногда ставятся выше ее, иногда приравнива­
ются ей, и таким образом число сект доводится до
двенадцати.
Но число это удваивается, коль скоро прибавляется
одно различие, заимствованное из социальной жизни, по­
тому что избирая ту или другую из указанных двенадцати
сект, каждый делает это или исключительно ради себя
самого, или ради и члена общества, которому он должен
желать того же, что и себе самому. Вследствие этого
является двенадцать таких, которые полагают, что следует
держаться одного какого-нибудь образа мыслей, имея в
виду только себя самих, и двенадцать таких, которые
останавливаются на том или другом роде философство­
вания, имея в виду не только себя, но и других, которым
желают тех же благ, что и себе.
В свою очередь, и эти двадцать четыре секты удваи­
ваются и образуют сорок восемь, коль скоро прибавляется
различие, вносимое новыми академиками. Ибо всякую из
этих двадцати четырех сект один может содержать и
защищать как несомненно верную, подобно тому, как
стоики защищали учение, что благо человека, делающее
его блаженным, состоит единственно в душевной добро-
314