Августин Аврелий. Творения. Том 4. О граде Божием. Книги XIV-XXII

Августин Аврелий. Творения. Т.4. О граде Божием. Книги XIV-XXII. — СПб.: Алетейя; Киев: УЦИММ-Пресс, 1998

Блаженный Августин (Sanctus Aurelius Augustinus) (354-430) — величайший из отцов древней Церкви (dostores ecclesiae) христианского Запада, оказавший огромное влияние на все дальнейшее развитие христианской мысли, этических взглядов и церковного устройства. В данном томе предложены заключительные книги философско-теологического трактата «О граде Божием» — самого известного произведения, в котором сведены воедино основные положения разработанной им христианской доктрины, отчасти принятые всей христианской церковью, отчасти — только католической ее ветвью, а некоторые из положений (например, о предопределении в полном его объеме) — кальвинистской и рядом других протестантских церквей много веков спустя. В книге использованы переводы Киевской Духовной Академии начала XX века, выполненные профессорами Академии с большой текстологической тщательностью и с превосходным знанием церковно-богословских реалий раннего христианства. Тексты печатаются в современной редакции. Для самого широкого круга читателей.

OCR
повелел избрать для управления народом (епископу), над­
лежит быть любящим добро (amatorem boni) (Тит. I, 8).
Да и когда Господь, спрашивая Петра, выразился так:
"Любишь ли ты Меня (diligis Me — расположен ли ко
Мне) больше, нежели они?", Петр отвечал: "Так, Господи!
Ты знаешь, что я люблю Тебя". Снова спрашивал Господь
не о том, любит ли Его, а о том, расположен ли к Нему
Петр; и снова Петр отвечал: "Так, Господи! Ты знаешь,
что я люблю Тебя". Спрашивая в третий раз, Господь и
Сам не сказал "Расположен ли ты ко Мне", а сказал:
"Любишь ли ты Меня (amas Me)?" Тогда, как замечает
евангелист, "Петр опечалился, что в третий раз спросил
его: "любишь ли Меня?", хотя Господь не в третий, а
только в первый раз спросил: "Любишь ли Меня?"; два
же предыдущие раза говорил: "Расположен ли ты ко Мне?"
Отсюда мы заключаем, что и в то время, когда Господь
говорил: "Расположен ли ты ко Мне", Он говорил не что
иное, как: "Любишь ли Меня?"*. Петр же продолжал
называть одну и ту же вещь тем же именем, и в третий
раз сказал также: "Ты знаешь, что я люблю Тебя" (Иоан.
XXI, 15 — 17).
Я нашел нужным упомянуть об этом потому, что
некоторые полагают, будто расположение (dilectio) или
caritas — это одно, и совсем иное — любовь (amor)**.
Говорят, будто расположение нужно понимать в хорошем
смысле, а любовь — в дурном. Но в высшей степени
достоверно, что и сами светские писатели никогда этого
не утверждали. Пусть также поищут, различали ли эти
выражения, и если да, то по какому поводу различали,
философы? Книги их достаточно ясно говорят, что они
высоко ценили любовь в делах добрых и к самому Богу.
Со своей стороны, нам нужно предоставить данные о том,
что наши Писания, авторитет которых мы ставим выше
всей остальной литературы, называют любовью то же, что
и расположение к равным или высшим (dilectionem eel
* В современном русском каноническом издании слова Господа
трижды переведены как "любишь" .
** Е. g . Origen. Homil. I in Cant.
13