Августин Аврелий. Творения. Том 3. О граде Божием. Книги I-XIII

Августин Аврелий. Творения. Т.3. О граде Божием. Книги I-XIII. — СПб.: Алетейя; Киев: УЦИММ-Пресс, 1998

Блаженный Августин (Sanctus Aurelius Augustinus) (354-430) — величайший из отцов древней Церкви (dostores ecclesiae) христианского Запада* оказавший огромное влияние на все дальнейшее развитие христианской мысли, этических взглядов и церковного устройства. В книге предложены первые тринадцать книг философско-теологического трактата «О граде Божием» — самого известного произведения, в котором сведены воедино основные положения разработанной им христианской доктрины, отчасти принятые всей христианской церковью, отчасти — только католической ее ветвью, а некоторые из положений (например, о предопределении в полном его объеме) — кальвинистской и рядом других протестантских церквей много веков спустя. В книге использованы переводы Киевской Духовной Академии начала XX века, выполненные профессорами Академии с большой текстологической тщательностью и с превосходным знанием церковно-богословских реалий раннего христианства. Тексты печатаются в современной редакции. Для самого широкого круга читателей.

: [URL="http://txt.drevle.com/text/avgustin_avreliy-tvoreniya-3-1998/64"]Августин Аврелий. Творения. Т.3. О граде Божием. Книги I-XIII. — СПб.: Алетейя; Киев: УЦИММ-Пресс, 1998[/URL]
 

OCR
тому, что представляется на зрелищах, установленных по
божественному приговору, чем тому, что пишется в законах,
учрежденных человеческой мудростью? Ведь если бы поэты
лживо выставили Юпитера прелюбодеем, то непорочные
боги должны были бы разгневаться и отомстить за то,
что подобное оскорбление божеству измышлено челове-
ческими играми, а не за то, что эти игры не проводятся.
А между тем, таковы самые умеренные из сценических
игр, т. е. комедии и трагедии, басни поэтов; написанные
для представления на зрелищах, они хотя и весьма бес-
стыдны по содержанию, но не бесстыдны, по крайней
мере, как многие другие, по изложению. Люди пожилые
даже принуждают отроков читать и изучать их в числе
тех наук, которые называются честными и свободными.
Глава IX
О том, что думали об этом древние римляне, свиде-
тельствует Цицерон в книгах, написанных им о республике;
там Сципион, рассуждая, говорит так: "Комедии никогда
не могли бы показывать в театрах своих мерзостей, если
бы не дозволяли того нравы". Древнейшие греки на этот
раз проводили даже с некоторой последовательностью свой
испорченный образ мыслей: у них было дозволено законом
говорить в комедии что угодно и о ком угодно, называя
даже по имени. "И потому, — продолжает (Сципион)
Африканский, — кого комедия не коснулась, кого не
оскорбила, кого пощадила? Пусть бы она опозорила людей
негодных, заискивавших перед народом, производивших
мятежи в государстве: Клеона, Клеофонта, Гипербола. Мы
примирились бы с этим, хотя было бы лучше, если бы
и этого рода граждан клеймил позором цензор, а не поэт;
но позорить в стихах Перикла, после того как он в
продолжении многих лет держал в руках верховную власть
в мирное и военное время, и разыгрывать их на сцене
так же неприлично, как если бы наш Плавт или Невий
вздумали бесславить Публия и Гнея Сципионов, или
Цецилий — Марка Катона". И несколько далее прибавляет:
62