Августин Аврелий. Творения. Том 3. О граде Божием. Книги I-XIII

Августин Аврелий. Творения. Т.3. О граде Божием. Книги I-XIII. — СПб.: Алетейя; Киев: УЦИММ-Пресс, 1998

Блаженный Августин (Sanctus Aurelius Augustinus) (354-430) — величайший из отцов древней Церкви (dostores ecclesiae) христианского Запада* оказавший огромное влияние на все дальнейшее развитие христианской мысли, этических взглядов и церковного устройства. В книге предложены первые тринадцать книг философско-теологического трактата «О граде Божием» — самого известного произведения, в котором сведены воедино основные положения разработанной им христианской доктрины, отчасти принятые всей христианской церковью, отчасти — только католической ее ветвью, а некоторые из положений (например, о предопределении в полном его объеме) — кальвинистской и рядом других протестантских церквей много веков спустя. В книге использованы переводы Киевской Духовной Академии начала XX века, выполненные профессорами Академии с большой текстологической тщательностью и с превосходным знанием церковно-богословских реалий раннего христианства. Тексты печатаются в современной редакции. Для самого широкого круга читателей.

: [URL="http://txt.drevle.com/text/avgustin_avreliy-tvoreniya-3-1998/587"]Августин Аврелий. Творения. Т.3. О граде Божием. Книги I-XIII. — СПб.: Алетейя; Киев: УЦИММ-Пресс, 1998[/URL]
 

OCR
утраты своей природы, но — изменения свойства. Первый
человек — из земли, перстный, душа живущая, а не дух
животворящий (I Кор. XV, 45, 47); последнее оставлялось
ему на будущее, как воздаяние за повиновение. Поэтому
* тело его, которое нуждалось в пище и питье, чтобы не
быть изнуренным голодом и жаждой, и не через совер-
шенное и нетленное бессмертие, а через древо жизни не
допускалось до необходимости смерти и пребывало в
цветущей юности, было, без сомнения, не духовным, а
душевным; хотя оно и не умерло бы, если бы через прес-
тупление не подпало божественному приговору. И если
бы ему дозволена была пища и вне рая, но запрещено
было дерево жизни, он был бы предан времени и должен
был бы покончить старостью, но живя тою же жизнью,
которую он мог бы иметь в раю, если бы не согрешил,
вечною, несмотря на то, что у него было душевное тело,
пока не сделалось бы духовным в воздаяние за повиновение.
Поэтому, если в сказанных Богом словах: "В день, в
который ты вкусишь от него, смертию умрешь" (Быт. II,
17), мы будем разуметь вместе и эту явную смерть,
вследствие которой происходит отделение души от тела,
и в таком случае не должно казаться странным, что они
не были отделены от тела в тот же самый день, в который
вкусили запрещенной и смертоносной пищи. В тот день
изменилась к худшему и повредилась их природа, и
вследствие вполне справедливого удаления от дерева жизни
сделалась и телесная смерть для них такой необходимостью,
с какой необходимостью родились и мы. Поэтому апостол
не говорит: "Плоть имеет умереть по причине греха", но
говорит: "Тело мертво для греха, но дух жив для правед-
ности" (Рим. VIII, 10). Затем он прибавляет: "Если же
Дух Того, Кто воскресил из мертвых Иисуса, живет в вас,
то Воскресивший Христа из мертвых оживит и ваши
смертные тела Духом Своим, живущим в вас" (Рим. VIII,
11). Следовательно, тогда будет в духе животворящем то
тело, которое теперь в душе живой.
Тем не менее, апостол называет его мертвым, потому
что оно уже связано необходимостью смерти. Прежде же
оно было хотя и не в духе животворящем, но в душе
585